Дойдя до первых рядов, мы увидели кавалькаду всадников со знаменами Царства Севера. Хельда ехала в центре строя на белоснежной лошади. Она выглядела истинной царицей, величественно и отстраненно, холодно и недоступно. Фигура Каледа, встречающего процессию, на её фоне казалась совсем невзрачной и незначительной.

По правую руку от царицы ехала Вестра, ее тень, такая же невыразительная и незаметная, как всегда. Я стоял сбоку и не видел третью всадницу, прикрытую ими, но что-то мне подсказывало, что я знаю, кто там.

И действительно, когда царица подняла руку, командуя остановиться, спешилась и в одиночестве пошла вперед навстречу королю Лунного Света, я увидел её.

Мико. За три года она… повзрослела. Не просто стала старше — в ней появилась удивительная, зрелая красота. Черты лица стали четче, взгляд глубже. Ее огненно-рыжие волосы, собранные в высокий хвост, горели на фоне северных светлых шевелюр, как живое пламя. Ее лицо тоже отражало пламенную игру живых эмоций — волнение, нетерпение, радость, — несмотря на явные попытки сохранить величественное бесстрастие, следуя примеру Хельды. А глаза… Ее золотисто-янтарные глаза лихорадочно выискивали кого-то в толпе.

И нашли меня. Наши глаза встретились, но её взгляд прошел мимо, не узнавая. Однако спустя пару секунд она опять посмотрела на меня, и глаза все расширялись и расширялись от удивления.

«Это ты?» — она неслышно шевельнула губами.

«Нет», — так же губами ответил я и засмеялся. Губы сами собой расплывались в улыбке.

Тем временем Хельда, не удостоив Каледа даже мимолетной улыбкой, лишь кивнула в ответ на его приветственные слова. Без лишних слов она жестом велела свите остаться и направилась к шатру командования, у входа в который их ожидал Лин Чжэн. Калед, подавив вздох, последовал за ней, его фигура казалась еще меньше на фоне ее царственной осанки.

Толпа замерла на мгновение, наблюдая за уходом сильных мира сего, а затем шум возобновился с новой силой. Солдаты рассредоточились, северяне спешивались, разбирали поклажу. А я стоял, завороженный, не в силах оторвать взгляд от Мико.

Она спрыгнула с лошади с грациозностью, которой не было три года назад. Её движения были наполнены изяществом открытого пламени. Она огляделась, ее золотистые глаза снова нашли меня в толпе. На этот раз сомнений не было — она узнала. Удивление сменилось широкой, ослепительной улыбкой. Она сделала шаг в мою сторону, потом еще один, а потом и вовсе побежала, огибая лошадей и людей.

— Керо! — ее голос, чистый и звонкий, словно разрезал гул толпы.

Она затормозила и остановилась в шаге от меня, запрокинув голову, чтобы посмотреть в глаза. Раньше мы были одного роста, а теперь её макушка едва ли доставала до моего подбородка. Ее взгляд скользил по моим черным, собранным в хвост волосам, доходившим теперь почти до пояса, по широким плечам, обтянутым тканью шантарской безрукавки, по бугристым мышцам, которых раньше не было. Задержался на вертикальных зрачках. В ее глазах читался восторг, изумление и… легкая растерянность.