— А докладывали, что без сопротивления взяли! — подполковник недоуменно уставился на раненого, — Чего хитришь, Беляев⁈

— Виноват, ваше высокоблагородие, да только докладывал всё как есть. Не углядел… — бородатый виновато развёл руками. — Дал этой гниде показания подписать, а он мне ручкой в глаз едва не угодил. Щёку искровенил, сволочь!

Ричард Юльевич выругался и прошёл в дом. В комнате с единственным столом у окна, находился молодой парень, привязанный к стулу. Его глаза заплыли от синяков, превратившись в узкие щёлочки. Нос распух, с разбитых губ по подбородку текли струйки крови.

— Я что приказал⁈ — подполковник переменился в лице, глядя на сидящего за столом жандармского офицера с погонами ротмистра. — Не увечить! А вы⁈ Или желаешь вслед за Кулябко пойти⁈ Вызнать нужно, а рожу бить много ума не надо! Ладно Беляев, но ты⁈ Эх, Остапчук! Ничего доверить нельзя! Мне что, всё самому делать надо? Вы на кой чёрт тогда⁈

— Не трогал я его, — человек выпрямился, приветствуя начальника. — Я, ваше высокоблагородие, едва Беляева от задержанного оттащил. Он бы его и вовсе забил до смерти. Этот сучонок чуть глаз не выколол! — ротмистр фыркнул в усы.

— Нечего глаза подставлять! — Пиранг покачал головой. — Ожидать такого нужно! Как дети малые! Где показания его⁈

— Вот! — ротмистр неохотно показал на мятую груду окровавленных бумаг.

Ричард Юльевич покосился на них и только крякнул. Он осторожно, двумя пальцами, принялся перебирать листы и чем дальше вчитывался в написанное, тем более недоуменно поднимал брови. Подполковник ожидал совсем не такого. Он бросил взгляд на задержанного и держа в руках один из бумажных листов, шагнул к нему:

— Ты знаешь, кто я?

Минус с огромным усилием сфокусировал взгляд на лице говорящего. Всё перед глазами плыло. Голова налилась свинцом и казалась чем-то чуждым. Серёга едва произнёс, осторожно шевеля губами:

— Нет.

— Это что ещё за организация такая? «Моссад» — Пиранг ткнул пальцем в какие-то каракули на листе.

— Там всё написано, — Минус отвечал медленно, пытаясь не отключиться снова.

— Никогда не слышал о ней, — подполковник с недоверием глядел на Серёгу.

— А я про тебя не слышал и что? Как есть, так и рассказал. Чего там непонятного?

Пиранг чуть сам не врезал задержанному. Он всё же сдержался и неохотно произнёс:

— Сколько в ней человек?

— Много… — Минус попытался пожать плечами. — Я не знаю, сколько именно.

— Кто генерала убил?

— Я.

Пиранг сжал зубы. Разобраться в этом без покойного Курлова казалось ему делом крайне непростым. Подполковнику очень не хватало толкового руководителя. Со смертью генерал-лейтенанта для Пиранга оборвались нити, ведущие наверх. Ричард Юльевич совсем извелся, ожидая своего задержания каждую минуту. Подполковник действовал теперь в одиночку, пытаясь разобраться, кто помешал столь хорошо организованному покушению. Он ухватился за эту возможность сразу, как только получил конверт от девчонки, пользуясь отсутствием Петра Аркадьевича. Пиранг едва убедил Ольгу отдать письмо ему. Теперь подполковник чувствовал себя как на иголках. Он задумчиво посмотрел на избитое лицо Минуса, пытаясь понять, насколько тот лжёт. За дверью раздались торопливые шаги и взволнованный голос проговорил: