— Подполковник Пиранг, — Ричард кивнул, но не протянул руки, пытаясь вспомнить, где ещё встречал этого человека. Как видно он в охранном недавно. Стесняется жандармскую форму таскать.
— Наслышан, — Титов испытыюще поглядел на Ричарда Юльевича. — Личный адъютант министра внутренних дел, стало быть. Хорошо, что прибыли. Нужно вас опросить. С начальником охраны я уже беседовал.
Пиранг чуть не поперхнулся от такой наглости. Опрашивать! Да кто ты вообще⁈ Но ссориться с фон Коттеном нипочём не хотелось, и подполковник ответил:
— Лучше бы в другой раз. Мне требуется немедленно доложить Петру Аркадьевичу. Горе-то какое! — он сокрушаясь покачал головой.
— Доложите, — проговорил Титов совершенно спокойно, но не сводил глаз с подполковника. — Назаров! — вдруг резко произнёс он, обращаясь к конному штабс-капитану, — Экипаж нам с Ричардом Юльевичем и поживее.
Пиранг возмущённо фыркнул:
— Мне на Елагин остров нужно!
— После. К Михаилу Фридриховичу поедем. Вызывает он всех офицеров, кто в охране у статс-секретаря службу несёт, — добавил Алексей примиряюще. — А потом уж к Петру Аркадьевичу с докладом. У Государя он сейчас.
Неприметный экипаж, запряженный четвёркой лошадей, в одно мгновение был подан к ателье, и Ричард Юльевич насторожился. В нём разместился Титов, совсем рядом с Пирангом. Напротив, на затертом кожаном диване, уселся Остапчук, подле хмурого жандармского капитана.
— Назаров! — Алексей окликнул штабс-капитана. — Овчинников список даст. Всех, кто в нём — на Морскую. И без отговорок, сам понимаешь.
— Есть! — всадник лихо козырнул. Он тронул коня с места и принялся отдавать приказы остальным.
* * *
По ступеням Елагиноостровского дворца медленно спускался Пётр Аркадьевич. Известие о похищении дочери выбило его из равновесия. Все сотрудники охраны были заменены фон Коттеном без промедления и даже адъютант до сих пор не вернулся. Столыпин хмуро кивнул жандармам, устроившим пост у восточного входа, и отойдя в сторону, замер, вглядываясь в густеющие сумерки. Он ожидал очередного покушения на свою жизнь и даже был удивлён, что поездка в Киев завершилась без проблем. В последнее время всё складывалось из рук вон плохо. Но если с риском для своей жизни Пётр Аркадьевич ещё с горем пополам мирился, то после взрыва на Аптекарском острове, тревога за детей не оставляла его. Он пытался определить, кому из многочисленных недругов понадобилось похитить одну из его дочерей, и никак не мог понять, с какой целью это было проведено.
Глава 4
Пётр Аркадьевич только надеялся, что преступники выдвинут ему какие-либо политические требования. Он изо всех сил отгонял назойливую мысль о том, что с Еленой просто расправятся, радуясь, что добрались хоть до кого-то из семьи. Столыпин не находил себе места. Он, незаметно для себя, отошёл уже далеко от здания, и заметив нити колючей проволоки, сжал кулаки. Подумать только, семье министра внутренних дел приходится жить, словно в клетке! Но нет, он не отступится, как бы ни принуждали!