В этом районе не было таксофонов, как на центральных улицах или вокзалах. Серёга прошёл до Калашниковского проспекта, но повернул обратно. На перекрестке стоял городовой. Поглядев влево, Минус свернул на Херсонскую. Здесь прохожих было ещё меньше. Серёга попытался рассмотреть своё лицо в оконных стёклах, но ничего не разобрал. Вдалеке виднелся освещённый трактир, но Минус очень сомневался, что в подобном заведении окажется телефонный аппарат.
Серёга миновал длинный одноэтажный дом, разделённый на две половины, судя по цвету стен, когда возле одной из дверей заприметил большую железную табличку. Он шагнул ближе и в тусклом свете фонаря разобрал вывеску — «Акушерка и оспопрививательница Н. В. Меркушева». Минус помялся немного и протянул руку к молоточку.
Он постучал негромко, затем ещё, но уже сильнее. Наконец одно из окон засветилось и за дверью послышались шаги. К удивлению Серёги, дверь распахнулась и в проёме показалась невысокая женщина лет сорока, с тёмными разметавшимися волосами. Её домашнее платье белело в темноте. На плечи была наброшена шаль.
— Что случилось? — спросила она уверенным голосом, ничуть не смущаясь. Очевидно, в силу своей работы, привыкнув к внеурочным визитерам.
— Добрый вечер! — произнёс Серёга. — Скажите, у вас случайно нет телефона?
— Нет, — женщина покачала головой. — У меня нет возможности оплачивать его.
— А не подскажете, откуда можно позвонить?
— Только с проспекта, — она махнула рукой. — Там в гостинице есть аппарат.
Минус тяжело вздохнул. Он не испытывал ни малейшего желания идти на Калашниковский. Скорее всего, его уже разыскивают за убийство полицейского. Второй городовой может и не купиться на заготовленную байку. Женщина собралась затворить дверь, как со стороны трактира донёсся конский топот и на дороге показались двое патрульных. Они направлялись в сторону Минуса и он, решившись, вдруг выдернул из-за пояса револьвер, другой рукой вмиг зажав женщине рот:
— Крикнешь — застрелю! — тихо проговорил Серёга. — Мне терять нечего! В дом! Быстро!
Женщина попыталась оттолкнуть его, но Минус ткнул ей в лоб стволом нагана:
— Тихо, если хочешь жить! Сейчас зайдём — они проедут и я уйду! Обещаю! Не дури! — он силой втолкнул её внутрь помещения, в полумрак прихожей, притворяя двери ногой.
Глава 5
Женщина замерла, не сводя удивлённых глаз с Серёгиного лица. Только сейчас она, как видно, разобрала, насколько оно скверно выглядит. Минус молча прислушивался. Наконец кони миновали дом и топот затих вдали. Серёга тихонько произнёс:
— Я уберу руку. Пообещай не кричать. Я тебе ничего не сделаю, если не закричишь. Кивни, если поняла.