— Ну, зачем ты так! — Я покачал головой и, отложив томик, сел, свесив ноги со своего лежака. — Коба парень хороший.

— Но есть-то мне что-то надо, — парировало существо.

— Ты гномами питаться вздумал? — напрягся я, но чудище мотнуло огромной башкой.

— Эмоциями я питаюсь. Я же фантомное существо, сгусток силы, твоя ментальная проекция. Твоя самая сильная эмоция — это страх, на втором месте стоит ненависть. Есть еще растерянность, но у нее какой-то подозрительный вкус.

Этот монолог стал для меня откровением. Я до последнего сомневался, что чудище — моих рук дело, но после этого признания мои сомнения развеялись словно дым.

— То есть я боюсь?

— Ты? — Монстр вдруг хрипло расхохотался, что ввергло меня в новый ступор. Вы когда-нибудь видели, как смеются кошачьи? Нет? Это странное, а в моем случае еще и пугающее зрелище.

Закончив это сомнительное мероприятие, мой собеседник снова смог оперировать своим речевым аппаратом.

— Ты не боишься, маг. Ты вызываешь страх. Я так чувствую, однако вокруг тебя только друзья. Мне бы в бой, в мясорубку, чтоб конечности отлетали да мозги расплескивались, и чтобы твои способности да мне в кормежку. Мы, ментальные существа, питаемся тем, что дает повелитель. В твоем случае это страх. Вкусный, жирный, наваристый. Блюдо достойное королей.

— Этого еще не хватало! — охнул я. — Никакой я тебе не повелитель. Ты волен делать то, что заблагорассудится. Вон уже и Коба со своим «хозяин» достал хуже горькой редьки. Теперь вот ты. Кстати, как тебя зовут?

— Меня? — Тигр нахмурил лоб, и вышло у него это почти по-человечески. — Не знаю. Назови меня.

Задача предстояла не из легких. Гнома по имени Сталин я окрестил Кобой с легкостью. Сыграло старое советское образование, любовь к исторической и биографической литературе, усугубленной богатым ассоциативным рядом. С адским тигром же была совершенно другая задача. Надо было дать ему такое имя, чтобы оно отображало его суть, а вот этого я пока не понимал.

— А как бы ты сам хотел называться?

— Не знаю. — Чудище потянулось, хрустнув суставами, и когти заскребли по каменной стене. — Что-нибудь серьезное, многозначительное, чтобы самкам нравилось и враги дрожали.

О том, что мое чудище уникально и вряд ли в природе найдется существо женского пола, подобное ему по виду, я упоминать не стал. Выглядел зверь инфернально, был самцом и имел своеобразное чувство юмора.

— Будешь Сатаной. Есть такой миф на моей родине о существе, рухнувшем с небес на землю. Второй после бога, ну или заместитель Горта и Марта, если тебе так понятней будет.