Буфет, набитый безделушками разной степени важности и цены, позади животного рассыпался в щепу, а сами артефакты разлетелись по комнате. Гном, успевший перебраться на перекладину, взвыл и вцепился руками в бороду.

— Уйми зверя, Кот! — заголосил он. — Верю, я верю! Я бороду свою съем, если хоть раз поставлю твои слова под сомнение!

— Ну что, приятель? — Я улыбнулся и потрепал могучего зверя по холке. — Поможем господину Каменистому принять тот вид, который ему подобает?

Мое творение переместило взгляд с меня на гнома и вдруг, неожиданно для всех, кровожадно облизнулось, чем вызвало новый приступ паники у хозяина помещения.

— Тише, тише. Не надо есть дедушку Дурина. — Я встал рядом с монстром, вновь завладевая его вниманием. — Он старенький, жесткий, у него глисты.

К моему большому удивлению, на морде порождения ада появилось выражение брезгливости, и, попятившись назад, тварь разнесла очередной предмет интерьера.

— Хватит крушить мою мебель! — взвыл маг. — В жабу превращу!

— Не превратишь.

Сказано это было не мной, и не магом, и я даже обернулся в поисках хозяина голоса, однако, кроме нас троих, в комнате никого не было.

— Превращу! — фальцетом настаивал гном. — Или в мокрицу, а потом каблуком! Каблуком!

— Лапы коротки. Я тотемный зверь. Личина. Ты мне даже усы подстричь не сможешь, а я, если захочу, конечно, перекушу тебя пополам…

Так у меня появился личный монстр, натура хоть и позитивная, но подозрительная и склочная. Первым делом он до жути перепугал несчастного Кобу, который, как обычно, ввалился ко мне в комнату, сгибаясь под тюком подарков от местного населения. Гномы продолжали меня баловать различной снедью, похоже полагая, что живу я впроголодь, и без бутыли вина, куска сыра, и доброго копченого окорока не обходилось ни одно застолье.

Вот и в этот вечер гном пришел не с пустыми руками. Войдя в мою скромную обитель, низкорослик с облегчением опустил на пол мешок с хабаром и вмиг превратился в соляной столб. Взгляд его встретился с узкими зрачками чудища, вольготно расположившегося на трети всего свободного пространства.

— Жеваный напильник, — только и смог выдать он.

Тотемное животное прикрыло глаза и сладко зевнуло, показав во всей красе свои клыки. На некоторое время в моей келье царило молчание, которое прервал тот же Коба:

— Хозяин, это что еще за чудище?

Я привстал с кровати, отложив книгу по магии, которой меня снабдил Дурин, и задумался. Решительно не представляя ни пола, ни возраста, ни даже имени существа, я попросту не нашел что сказать. Тигр с гребнем на голове перевел лукавый взгляд на меня и утробно низко рыкнул, что привело к стремительному стратегическому отступлению Кобы за пределы комнаты.