— Правду ли он говорит? — Офицер встряхнул шпиона и вдруг отпустил его, из-за чего доносчик чуть было не упал от неожиданности. — Или врет, дабы золото получить?

Вопрос этот был обращен к компании в сером одеянии, и те, до этого сонные и безучастные, вдруг засверкали глазами, задвигались, залопотали на разный манер.

— Правду, истинную правду! — взвыли они на один лад, протяжно, мерзко, утробно.

— Взять негодяев! — рыкнул командир. — И только король нам судья да праведная сила света.

Солдаты задвигались, лавки под несчастными пастухами затрещали, как только закованные в латы служивые навалились на арестованных. Послышалась возня, протесты, мольбы, да куда там. Уже через несколько минут вся пастушья компания валялась на полу, под ногами офицера, а руки и ноги их были закованы в тяжелые кандалы.

— Не виноватые мы! — взвыл дурным голосом старик с косицами на подбородке, который имел самый длинный язык. — Наветы это, наговоры!

— А вот и проверим, — усмехнулся старший. — А ну, подготовить жаровню на заднем дворе.

Дальше все происходило как в замедленной съемке. Однако, с точки зрения того же Кобы, все случилось фактически мгновенно.

— Эти люди никуда не пойдут. — Произнес я это спокойно, но так уверенно, как никогда не говорил. Во мне поселилось спокойствие, и ярость от того, что происходит, притаившись внутри, готова была в любой момент превратиться в смертельную магическую бурю.

— Кто это говорит? — Офицер резко развернулся на каблуках, звякнув кольчугой, и взгляды наши встретились, скрестившись на манер двух клинков. Даром что искры вокруг не полетели.

— Я говорю. — Я встал и неспешно подошел к солдатам. Они с нескрываемым интересом поглядывали то на меня, то на своего командира, а те, что подальше, похоже, даже перешептывались от волнения. Виданное ли дело — прекословить старшему королевского разъезда. — Можете называть меня Черный Кот. Так меня зовут здесь, и так будет впредь.

Офицер на минуту остановился, глаза его вдруг превратились в тонкие щелки-бойницы, губы побелели.

— А не тот ли ты некромант, которого разыскивают Красный Сокол и его величество по обвинению в убийстве покойного короля?

Эта новость, хоть и неприятная, однако не стала для меня неожиданностью. Если старый король умер насильственной смертью, то повреждения на теле нужно как-нибудь да оправдать, а для этого вполне достаточно такой незначительной и непонятной фигуры, как я. Черные, они ведь и в Африке черные, и нет, это не расизм.

— Красный Сокол врет! — Я повел плечом, обводя взглядом собравшихся. — Так же как клевещет и отцеубийца Альберт, и только Горт с Мартом ему будут судьями. Я не буду ничего вам доказывать и даю один-единственный шанс. Или вы убираетесь прочь — и остаетесь целыми, или участи вашей не позавидуют даже мертвые. Выбор за вами.