— Вроде Сергей Александрович Котов? — наобум брякнул я.

— Вроде того. Похоже. А ты что, эту историю тоже слышал?

В голове моей снова зажглось предчувствие, замигав красным тревожным светом.

— Нет, не слышал. — Я с новым интересом взглянул на шагающего рядом Кроса. — Новой судьбы, значит, тот мужик захотел?

— Ага. Кто он и откуда, староста так и не вспомнил потом. К работе на земле он интерес потерял, долго слонялся, выспрашивал все какие-то направления. Города называл странные, королей неизвестных, а потом, в один прекрасный день, снова пропал, и больше его никто не видел.

Все внутри меня ликовало. Похоже, сам того не ведая, я уцепился за единственную ниточку, которая могла помочь распутать загадочный клубок моей реинкарнации. История старосты очень походила на мою. Я тоже очнулся, ничего не понимая и не умея того, что мне приписывали. Условия старта у нас, правда, были разные. Староста был аграрием, путешествующим пешком, а я подсудным некромантом за решеткой.

— А что еще этот староста говорил?

— Да я уж и не помню. — Крос пожал плечами, похоже даже не заметив моей заинтересованности. — Старик рассказывал, да я забыл.

— А еще таких случаев не помнишь?

— Были и другие, — вдруг признался Крос. — Из тех, кто к магу ходил, кто-то получал желаемое, кто-то нет. Одни хотели золота, другие удачи, третьи доли лучшей. Красный Сокол никому не отказывал, кто до него доходил.

— А кто не доходил? Убивал он их, что ли?

— Что ты! — Крос в ужасе замахал на меня руками и выразительно приставил указательный палец к губам. — Как можно подумать такое? Красный Сокол был истинным магом, а те ценили жизнь.

— Послушай, Крос, — решил я задать мучивший меня давно вопрос. — А почему люди так не любят некромантов?

— Их не сразу невзлюбили, — пояснил лысый, не сбавляя шага. — Они последние остались, кто по свету вот так, запросто ходит. Маги ненастоящие, их еще последышами называют, ютятся около артефактов, сработанных мастерами, и потому могут творить. Лет сто назад магия делилась на магию жизни и магию смерти. И та и другая плохой не была. Это как нож в руке у человека. Дай его порядочному гражданину, и он отрежет кусок бечевы. Вручи негодяю, и он всадит тебе лезвие в бок. Что-то случилось сто лет назад, и все маги жизни ушли кто куда. Непроходимая чаща, заснеженные горные пики, бескрайние болота и знойные пустыни стали их прибежищем, однако маги смерти остались, хоть и в незначительном количестве. Я так думаю, что последыши просто боятся их, считая, что силы в таком человеке достаточно, чтобы разрушить в прах их идеальный мир с чистыми улицами, румяными горожанами и геранью на подоконнике…