— Хорошо говоришь, — снова перебил я. — Как по написанному.

— А тут ничего странного. — Крос вяло отмахнулся и зевнул. — Я, когда писарем в академии работал, много чего читал. Местные педагоги вирши строчили, а я их потом в печатный вид переводил, в типографии.

— А что могли делать маги?

— Настоящие или последыши?

— Настоящие!

— Да все, пожалуй. — Крос снова зевнул. — Реки вспять пускали, облака разгоняли, звезды с небосклона сбивали, а потом мастерили из них артефакты и волшебные камни.

— Крутые были ребята. Много их было?

— Четверо.

Повисла тишина. Крос, казалось решив, что удовлетворил мое любопытство, начал устраиваться на ночлег, прямо на земле.

— А что это за маги? — настойчиво поинтересовался я.

— Ну, о Красном Соколе ты знаешь. Он, как и еще двое, маг света и жизни. Его обиталище в Красном лесу. В песках есть пещера, где обитает Желтый Нетопырь, повелитель стихий и ветра. В болотах, если зайти далеко по гати и ни разу не оступиться, ты можешь найти дом на дереве, сплетенный из тины и кувшинок. Там живет Зеленый Полоз. Говорят, что он знает язык животных и может понимать растения. О последнем я тебе рассказывал. Он самый сильный и самый отчаянный и находится в заточении в невидимой крепости на краю мира. Сторожит его страшное чудовище с сотней голов и десятью сердцами. Зовут того мага Черный Ворон.

— А что еще ты знаешь о магах? — не унимался я.

— А это, пожалуй, все. Остальное можно брать только на веру, — сонно пробормотал Крос. — Да ты спи давай. Это заговоренный лес. Если он не убил тебя с самого начала, то выспаться точно даст. И самое главное — королевские разъезды сюда ни ногой.

Крос заснул почти сразу, а я все не мог уснуть. Я начинал чувствовать этот мир, осязать по-новому. Зашоренное годами службы сознание впитывало сведения как губка, жадно поглощая новые реалии, и я начал понимать, что назад особенно не тороплюсь. Мой статус тут был более чем спорен. Беглец, преступник, некромант, человек, на которого возлагает надежды один из принцев и которого хочет убить другой. Оборот был крут, однако дома меня ждало мало радости. Годы службы в спецназе не прошли даром, помимо посттравматического синдрома я приобрел зависимость к табаку и алкоголю, но, очутившись в теле Серого Кота, ни разу не ощутил потребности ни в том ни в другом. Жизнь моя особенно не складывалась, и в мире без магии я дослужился до майора, а потом был переведен в учебный полк, где пришлось натаскивать зеленых юнцов, уча их убивать себе подобных. Дело это было для страны, безусловно, нужное, однако не так я мечтал закончить свою карьеру.