И вдруг я почувствовал неладное. Какая-то чудовищная сила сковала меня по рукам и ногам, в глазах пошли кровавые круги, и я понял, что не могу пошевелить и пальцем.

— А ты талантлив! — Голос. Знакомый голос Кроса, который я узнал с трудом. Куда-то делась вся приветливость и мягкость, а вместо них возникла сталь и ненависть, лютая и порочная.

— Извини, Крос, — еле размыкая губы, произнес я. — Я случайно заглянул.

Красный маг вышел на середину комнаты и, с неприязнью взглянув на меня, вдруг переломился со смеху.

— Это же надо! Нет, это же надо… — Захлебываясь, он колотил ладонями по бедрам, а из глаз его лились слезы. Отсмеявшись, он одернул куртку и, шагнув ко мне, присел, ровно так, чтобы наши глаза встретились. — Ну что? — холодно поинтересовался он. — Ты прочел книгу Горта?

— Прочел, — выдавил я из себя и тут же получил мощный удар в лицо и упал на пол. — Крос, ты что? Сдурел? — Прозвучало это немного истерично, но вполне соответствовало случаю.

Маг наклонился надо мной, прижав мою голову рукой к доскам так, что череп затрещал, и зашептал, периодически переходя на свист:

— Ты расскажешь мне все, что прочел в этой книге. Ты переведешь каждое заклинание Черного Горта.

— Там нет заклинаний, — прохрипел я.

Новый удар, на этот раз в район почек, заставил мое тело согнуться в позу эмбриона.

— Неправильный ответ, — раздалось сверху. — Давай сразу расставим акценты. Ты подтвердил свое родство. Ты можешь прочесть заклинания. Переведи мне манускрипт, и останешься жив.

— Странный ты, — беззлобно рассмеялся я, сплевывая сгустки крови. — Тебе достаточно было спросить.

— Я спрашиваю.

Снова удар, на этот раз ногой — и вспышка в боку. Ублюдок, похоже, сломал мне ребра.

— И тебе не пришла в голову мысль, что я отвечу честно?

— Заклинания!

— Там нет заклинаний. Это дневник.

— Какой, к черту, дневник?

Я приготовился к новой вспышке боли, но ее почему-то не последовало.

— Дневник, — захрипел я. — Это жизнеописание Горта от юных лет до кончины. В нем он рассказывает, как его брат, белый маг, предал человечество и брата и заточил его в тюрьму, где оставил умирать.

— Ну, эту сказочку я слышал. — Красный маг скрипнул зубами и снова занес руку для удара. Снова боль. — Слышал и от Серого Кота. Когда я понял, что в руки Ворона попала книга, я заставил остальных уверовать в его порочности. Мы напали, вместе, единым целым. О, как он кричал, как умолял выслушать! Я не дал ему говорить. Этот ублюдок решил дать людям вечную благодать. Всем! Ты понимаешь, всем! Ни королям, ни магам, ни даже знати, а обычной черни с красными шеями. Когда книга попала мне в руки, — а все вышло так, как я этого хотел, — я убил двадцать лет на расшифровку манускрипта. Ты знаешь, парень? У меня ничего не вышло! Я не смог понять ни единого слова, хоть и понимаю тысячи языков. К счастью, я нашел выход. В королевской библиотеке Или-нора я наткнулся на трактат некоего безымянного черного мага, в котором четко указывалось, что только кровь от крови Горта сможет познать суть его учений. На меня пролился благодатный свет истины. Я понял, что нужно искать прямого потомка проклятого. Я исходил сотни дорог, перечитал немало книг, я находил присутствие Горта то тут, то там, но ни один из его ублюдков даже не почуял, что в доме есть что-то необычное.