В глазах Миры мелькнуло холодное и жесткое выражение.

— Совсем оправлюсь тогда, когда лично взгляну на его труп, — почти совсем неслышно ответила она. — Если уж он сюда сунулся.

…Переезд в особняк занял у нас остаток дня. Разместиться, проверить дом на скрытые угрозы и простейшее обустройство тоже потребовало времени. Слуг у нас было не так много — собственно, только горничная и нянька Хелены, плюс несколько матросов-вестовых (большая часть экипажа вместе с Грандом осталась на корабле). К счастью, в особняке имелся свой постоянный штат — а то не знаю, как бы нам удалось в нем обжиться.

К вечеру я очень хорошо ощущал и прошлую бессонную ночь, и напряжение этого дня в целом — несмотря на подпитывающую меня магию Природы! Пожалуй, я пользовался ей даже слишком часто, потому что к концу дня пришлось просить Миру подрезать мне волосы.

— Ты собираешься послать сон Мишелю? — уточнила у меня Рагна, пока я сидел в кресле, а Мира быстро обкарнывала мне затылок ножницами (особо стараться не стоило, все равно я предчувствовал, что завтра опять придется тянуть магию, и волосы, соответственно, снова отрастут — хорошо, что я мужчина, и подмышки обрабатывать алхимией необязательно!).

— Да, — сказал я, — а ты свяжись, пожалуйста, с Ханной. Или с Леу. Но я думаю, что Ханна ночью будет спать, а Леу, возможно, опять удерет на прогулку или всю ночь над яйцами просидит.

— Тоже так считаю, — чуть улыбнулась Рагна.

Потом вздохнула и тихо сказала:

— Знаешь, Рей… Вот вроде бы я сто лет прожила одна на болоте… в неком расширенном понимании жизни, — тут в ее голосе вспыхнула и прошла прежняя ледяная ирония, которая появлялась все реже и реже. — И ничего, не слишком страдала. А теперь не видела Ханну и детей… и Леу, конечно… меньше месяца — а уже скучаю по ним.

— Ладно, признайся, что по Леу не очень скучаешь, — засмеялась Мира. — Она тебя раздражает своей жизнерадостностью и безалаберностью!

— Все меньше и меньше с годами, — не согласилась Рагна. — Что меня действительно раздражает, так это дурацкие выходки, на которые она периодически подбивает детей! Уверена, что если бы она лучше держала себя в руках, Саша тоже был бы более дисциплинированным!

— Он крепче, чем чисто человеческие дети, от пары падений с дерева ничего не случится, — безмятежно ответила Сашина любящая биологическая мать. — А в тот раз, когда он упал со спины Леу, она же его поймала. Да и я была рядом, успела бы смягчить удар.

— Леу очень сильно изменилась с тех пор, как отложила яйца, — не согласился я. — Вот увидите, когда вылупятся птенцы, она станет той еще наседкой! Может быть, даже придет к тебе, Рагна, извиняться.