— Выведи! — я попытался гаркнуть, но получился лишь жалкий сип.

На тактическом экране появилась зернистая картинка с задних камер. Ангар станции «Зенит» был разворочен. Гигантская дыра зияла в боку космической крепости, извергая в вакуум обломки и тела.

Но дроны смогли сфокусироваться на эпицентре.

Там, на чудом уцелевшем куске платформы, что-то шевелилось.

Я прищурился, пытаясь сфокусировать зрение.

Чёрная, обугленная фигура. Броня «Фурия» была искорёжена, оплавлена, местами сорвана до мяса. Но она стояла. Стояла на коленях, опираясь на руки.

Вокруг неё слабо мерцал лиловый барьер — личная защита Генерала, усиленная мощью Аватара. Она выжила. Изуродованная, сожжённая, но живая.

А рядом с ней…

Рядом с ней ничего не было. Только выжженное пятно на металле.

Ани исчезла. Распылена на атомы. Стала светом, который спас наши шкуры.

Я почувствовал, как по щеке катится горячая капля. Боль в теле отступила, уступая место чему-то гораздо более страшному. Холодной, чёрной пустоте внутри. Той самой дыре, которую не залатает ни один нанобот.

Валериус медленно подняла голову. Даже через километры вакуума и помехи на экране я чувствовал её взгляд. Взгляд безумного зверя, которого ранили, но не убили.

Я хотел что-то произнести в её адрес. Что-то злое и обидное, но не смог. Перед глазами всё снова поплыло, и тьма уже в который раз поглотила меня.

* * *

— Держись, корыто! — рычал капитан, борясь с инерцией. — Не смей разваливаться, слышишь⁈ Я тебя, сволочь, переберу до винтика, только не смей сейчас сдохнуть!

Челнок трясло. Это была не турбулентность — в вакууме её нет. Это были удары. Точечные, хирургические удары лазеров, которые срезали обшивку слой за слоем.

— Они играют с нами, — голос Киры сорвался на визг. Девушка сидела на полу у навигационной панели, судорожно переключая тумблеры. Её руки дрожали. — Капитан, они отсекли левый маневровый! Энергия щита — три процента! Мы голые!

— Вижу! — рявкнул Семён. — Перебрось остатки на корму! Гюнтер, что с траекторией⁈

Робот, примагниченный к переборке, чтобы не летать по салону при манёврах, повернул свою помятую голову.

— Расчётная траектория ведёт в пояс астероидов, капитан, — сообщил он голосом, лишённым всяких эмоций. — Но это не имеет значения. Согласно анализу тактики противника, полное разрушение корпуса произойдёт через семьдесят четыре секунды. Рекомендую выбрать позу для максимальной сохранности биоматериала. Для опознания.

— Заткнись, жестянка! — крикнула Кира, пиная переборку.

В углу, пристёгнутый ремнями к ложементу, лежал Влад.

Он выглядел пугающе мирно посреди этого ада. Его глаза были закрыты, грудь едва заметно вздымалась. Лицо было бледным, как бумага, а на висках запеклась кровь — следы ментального подключения и последующего разрыва.