Он налил себе ещё, не спрашивая разрешения. Семён одобрительно подвинул бутылку.

— Я выкупил свою свободу. Потом выкупил шахту. Потом завод. Теперь у меня корпорация, флот и костюмы, которые стоят дороже, чем моя жизнь тридцать лет назад. Но под этим бархатом, — он дёрнул лацкан пиджака, — я всё та же рабочая кость. Я знаю цену труда. И я знаю цену крови.

— Значит, вы просто взяли и купили шахту, на которой горбатились? — Семён покачал головой, в его глазах читалось уважение. — Уважаю. Аристократы, которых я возил раньше, обычно выигрывали только наследство в лотерею рождения.

— Деньги не меняют суть, Капитан, — Векс посмотрел на свет сквозь пустой стакан. — Они лишь проявляют её, как проявитель плёнку. Если ты был дерьмом, станешь большой кучей дерьма. А если был кремнем… станешь алмазом.

— За алмазы, — поднял тост Семён. — И за то, чтобы не скурвиться.

В этот момент дверь каюты с шипением открылась. На пороге стоял Гюнтер. В руках он держал поднос с дымящейся тарелкой.

— Guten Abend, meine Herren! — проскрежетал он. — Я узнал, что у нас высокий гость. Мой кулинарный процессор не мог остаться в стороне! Я приготовил своё фирменное рагу «Сюрприз Механика».

Я и Семён напряглись. «Сюрпризы» Гюнтера обычно заканчивались либо промыванием желудка, либо вызовом пожарной бригады. Рагу выглядело как серая жижа, в которой плавали неопознанные геометрические объекты. Пахло оно смесью машинного масла и жжёной резины.

— Э-э… Гюнтер, может не стоит… — начал я.

Но Векс уже взял ложку. Он зачерпнул варево, с любопытством понюхал и отправил в рот.

Мы с капитаном замерли, ожидая дипломатического скандала.

Векс жевал медленно. Его глаза слегка прикрылись.

— Поразительно… — пробормотал он.

— Плохо? — с надеждой спросил Гюнтер.

— Это напоминает протеиновую кашу в седьмом секторе рудников, — Векс улыбнулся, и эта улыбка была абсолютно искренней. — Тот самый вкус пережаренного синте-белка и гидравлики. Ностальгия… Есть в этом свой грубый, индустриальный шарм, мой железный друг.

Окуляр Гюнтера вспыхнул ярким рубиновым светом.

— Wunderbar! — взревел робот. — Наконец-то! Истинный ценитель высокой кухни! Все эти годы меня окружали варвары, которые требовали, чтобы еда была «вкусной»! Я дам вам рецепт! Там всего два ингредиента: биомасса и любовь к энтропии!

Семён Аркадьевич спрятал лицо в ладонях, сотрясаясь от беззвучного смеха.

* * *

Я оставил их наедине с коньяком и кулинарными шедеврами. Мне нужен был воздух.

Поднялся на обзорную палубу. Здесь было тихо. Огромный купол из бронестекла открывал вид на звёздную бездну. Мы шли на субсветовой скорости к системе Аурум, и звёзды не смазывались в линии, а горели холодными, колючими точками.