«…А не то, что жить на землеееееееее».
Последний звук финального слова песни Володин мастерски растянул. Словно запас воздуха в его лёгких был бесконечен. Я заметил, как одобрительно кивнул его коллега, стоявший за электроорганом. Увидел, что замерла в проходе между столами официантка — та самая «чернявая» Кристина Дмитриева. Она посмотрела на Федю удивлённо и с интересом.
— Это была песня для Саши и Нади Медведевых, — сообщил со сцены Володин. — Ребята, вы прекрасная пара. Любите друг друга. Ещё раз примите наши поздравления. Поаплодируйте им, товарищи.
Музыка стихла.
Федя указал на нас рукой и повторил:
— Саша и Надя Медведевы.
— Медведи, — сказал Мельников.
Надя шутливо погрозила Дане пальцем.
Гости ресторана «Ленинград» искупали нас и музыкантов в овациях — сейчас овации прозвучали ощутимо громче и бодрее, чем после прошлой музыкальной композиции. Я услышал, как в зале иронично повторили: «Медведи».
Мы вернулись за стол. Я усадил Надю, вновь продегустировал содержимое своего бокала. Уделил внимание салату, уже лишившемуся двух горошин по вине Мельникова. Майонез в салате мне показался пресноватым.
В зале снова заиграла музыка — бодрая, зажигательная. На этот раз она всё же привлекла к сцене танцоров: двух женщин «за тридцать» — с пышными причёсками и ярким румянцем на щеках. Женщины улыбались, активно двигали локтями.
К нашему столу подошла официантка: без подноса, но с бутылкой шампанского в руке — такой же, какая уже стояла в центре нашего стола. Она поставила принесённую бутылку рядом с нашей, взглянула на меня чуть насмешливо.
Сообщила:
— Это для вашей жены. Подарок. От вон тех граждан.
Она указала взглядом в направлении окна — на стол, за которым собрались трое мужчин. Знакомые лица. Я их уже видел — на фотографиях в интернете. Помнил их имена: всех троих.
Удивился — потому что сердце у меня в груди при виде этой троицы всё же забилось чаще.
Я повернулся к официантке и потребовал:
— Девушка, унесите обратно. Шампанское. Передайте гражданам: нам от них ничего не нужно.
Глава 9
От соседнего к стола (там пыхтели сигаретами и мужчина, и женщина) к нашему прилетело густое облако серого табачного дыма. Оно застыло в воздухе (над головой официантки), словно грозовая туча. Тень от этого чуть дрожащего облака будто бы легла официантке на лицо — ирония сменилась во взгляде официантки растерянностью и лёгким испугом. Официантка моргнула, взглянула на меня — затем, с опаской, посмотрела на передавших моей жене бутылку игристого вина мужчин. Те сейчас поглядывали в сторону нашего стола, ухмылялись, обменивались друг с другом явно ироничными фразами.