Я улыбнулся своим юношеским мыслям. Все-таки мое сознание и молодое тело со всей его физиологией начали образовывать странный тандем. Очень надеюсь, что спустя время память и опыт останутся при мне. Не горю желанием заново проходить через все глупости собственной молодости.
Второй шанс на базе полученного опыта предпочтительней, чем откат на двадцать лет назад в плане разумности. А по мелочи так-то нестрашно. Даже интересно вспомнить, как оно было по молодости: кураж, флирт, соблазнение.
Я оторвался от созерцания морских далей и покачивающихся на легких волнах отдыхающих и оглянулся в поисках Женьки. Мои ожидания оправдались. Парень стоял в окружении нескольких красоток и что-то им рассказывал, улыбаясь как кот на именинах.
Ну, понятно, опять лапшу вешает и сказки поет, всех скопом на вечерний променад зовет. А про пирожки-то и забыл. Я лениво поднялся, потянулся, огляделся по сторонам, наклонился туда-сюда, разминая тело, и облокотился на перила, краем глаза наблюдая за Женькой, но не забывая мониторить побережье.
Наконец я заметил, что Женька, о чем-то договорившись с девицами, двинулся к тете Дусе. Поболтав с нашей теневой королевой торговли, Жека подхватил с десяток пирожков, завернутых в серую бумагу, и направился к вышке.
В животе заворчало с удвоенной силой. Вкус советского пирожка, купленного на улице из огромной кастрюли, по четыре копейки шутка, как-то сразу наполнился детскими воспоминаниями.
Очень уж я любил эти огромные поджаристые пироги с разнообразными начинками. С картошкой или с ливером, с рисом и яйцом, с капустой до сих пор самые любимые! А вот жареные с повидлом ажиотажа в душе не вызывали. И не потому, что я не любил сладкое.
Бабушкино вишневое варенье, непременно с косточками, — одно из самых вкусных воспоминаний раннего детства. Не любил я пирожки с повидлом из-за того, что начинка из них так и норовила вытечь наружу. Уж как ты их ни держи в руках и ни откусывай, все равно снизу капнет — и обязательно на одежду!
Женька виднелся уже на границе раскаленного асфальта и песка, как вдруг я заметил что-то странное.
Глава 6
Я взял бинокль и принялся неторопливо осматривать обстановку, чтобы не привлекать излишнего внимания человека, который меня заинтересовал.
Из воды выходил мужик самого обычного вида. На небольшой проплешине посверкивали капли воды. Не худой и не толстый, среднего роста. Отличный пловец, судя по фигуре. Широкие плечи, узкие бедра, видно, что в молодости спортсменом был.
Пловец подошел к полотенцу, аккуратно сложенному на мужские сандалии, поднял его и принялся обтираться. Вроде ничего такого. Но буквально десять минут я наблюдал интересную сцену с его участием.