Странно, раньше он не замечал за собой такого... таких наклонностей. Тем более, что рядом была Ксения — ослепительно красивая и безмерно любимая.

Будто какой-то стимулятор попал в кровь...

— Где Криди? — спросила вдруг Анге. — Криди... и Ян...

Матиас, проклиная себя за глупость, вскочил и стал озираться. Вокруг беседки была всё та же знакомая пустыня. Вот только ни посадочных ботов, ни Криди с Яном нигде не наблюдалась.

Впрочем, все пустыни похожи.

— Может быть это их перенесли в иной мир? — предположила Адиан. — А нас укрыли в саркофагах на время переноса. К примеру, для защиты от излучения?

Матиас мысленно отметил, что Адиан не просто умна, но ещё и склонна к нестандартным выводам. Ему такое и в голову не приходило. Но всё же он заметил:

— Проще предположить, что мы провели внутри больше времени, чем нам казалось. Ян и Криди не дождались и были отозваны.

— Нет, — резко ответила Адиан. — Не годится. Даже если они были вынуждены покинуть планету, они оставили бы для нас снаряжение и послание. Тут всё было бы завалено ящиками и канистрами.

Матиас кивнул, признавая её правоту.

— У меня непривычные ощущения... — внезапно сказала Ксения. — Нет, не совсем верно! Ощущения знакомы, но обычно я испытывала их после того, как отделялась от матери и становилась частью «вовне».

Она посмотрела на Матиаса и пояснила.

— Яркость бытия. Каждый раз воплощаясь в теле, я испытывала сенсорный экстаз. От самого ощущения тела. От дыхания, сердцебиения, движения каждого мускула. От прикосновений к поверхностям: гладким и шершавым, теплым и холодным. От вкуса и запаха. От вида других созданий и от собственной внешности.

Матиас вздрогнул.

Да, всё было именно так.

— Значит, нас просканировали и воссоздали заново? — предположил он. — Но почему на том же самом...

Мысленно хлопнув себя по лбу, старпом кинулся к ближайшему выходу из беседки. Каждый шаг, действительно, был наслаждением. И касание прохладного металлического пола, и плотный шершавый песок, и каменистая равнина...

Он остановился, отбежав от беседки метров пять. Обернулся кругом. Поднял голову к небу.

— Ну? — выкрикнула Ксения.

— Мы не в Канзасе, детка... — произнёс Матиас ту банальность, которая, тем не менее, объясняла всё.

Ксения вышла из беседки и подошла к нему. Взяла за руку. И лишь потом посмотрела вверх.

— Лючия не соврала, — сказал Матиас то, что теперь было очевидно. — Мы на Лисс. На настоящем Лисс.

Лючия лежала на кушетке под работающим автодоктором. Датчики скользили по её голове, разглаживая волосы и временами застывая. Девушке дали одеться в её собственную форму, Соколовского в первую очередь интересовал мозг, а не тело.