— Боюсь, это всё, — сказала Мэйли, когда Лючии судорогой свело челюсть. — Она сопротивляется. Дальнейший допрос может привести к инсульту или тяжелому шоку.
— Мне кажется, мы узнали самое необходимое. — Горчаков отпустил Лючию и встал. — Извини, девочка. Но слишком много всего на кону. И ты слишком враждебно настроена.
Лючия плюнула в него и попала на китель. Горчаков молча вытер плевок бумажным платком, и троица вышла. Стоящий в дверях Ян на прощание окинул Лючию злым взглядом.
Что ж, Лючия была согласна, что он имел на это право. Его миру изрядно досталось.
Когда дверь закрылась, она полежала некоторое время, глубоко дыша. Голова кружилась, во рту пересохло. Можно было повернуться набок и дотянуться до бутылки с водой, но она терпела. Смотрела на ремонтного бота. Улыбалась.
Бот оторвал от потолка одну лапку и помахал ей.
Лючия повернулась и потянулась к воде.
[1] Огненные шершни — вид летающих насекомых Соргоса, отличаются сильной болезненностью яда и неприятной привычкой атаковать стаями. При детальном анализе у них обнаруживаются фрагменты генного кода муравьёв и медуз.
Часть вторая. Глава 5
Глава пятая
Планетарные зонды были воплощением компромисса между учёными всех направлений. Планетологи хотели получать самые точные карты планеты, с высотами и глубинами, геологам требовались гравитационные аномалии и химический анализ поверхности, ксенобиологи рассчитывали на образцы местной флоры и фауны, ксенологи мечтали получить чужие технологии и культурные артефакты. Разумеется, инженеры специальных корабельных систем аргументированно доказывали, что зонды должны быть мечом и щитом корабля — предупреждать об опасностях, блокировать их и атаковать в ответ.
Разумеется, зонды должны были быть невидимыми или малозаметными.
И максимально дешёвыми, на чём настаивала земная бюрократия.
Как плод любого компромисса, зонды делали всё одинаково плохо.
Но сейчас, подвергнутые глубокой модернизации Ракс, зонды выполняли свою работу так, что у Горчакова не было ни малейших оснований придираться.
— Насколько мы можем судить, перед нами единственное искусственное сооружение на планете, — сказал он и тут же поправился: — Во всяком случае, единственное, которое мы можем наблюдать. Изучение лесов и морей ещё продолжается, но пока всё чисто.
Обычно в рубку научную группу не пускали, экипаж старался сохранить свои маленькие привилегии. Но ситуация была слишком уж нестандартная, а экраны в рубке оставались лучшими.
Сооружение нашлось в той точке, которую указала Лючия. На самом краю пустыни, из которой в космос извергался плазменный поток, на плато из красных скал, отделяющем пустыню от берега океана. Пять столбов из гладкого серого металла поддерживали плоскую металлическую крышу. Металлический пол, металлические лежанки, чуть возвышающиеся над полом у каждого столба. Зонд парил в центре сооружения, никакой реакции на его появление не последовало.