— Тебя возьмут с собой в хорошую жизнь? — закончил я за нее.

Айна расплакалась еще сильнее. Ее плечи дрожали, лента съехала в сторону, но она даже не попыталась ее поправить.

— Извини меня! — она крепче сжала мою ладонь. — Прости, Рейланд. Я просто дура. Обычный глупый шмыг.

Я смотрел на нее и ждал, что почувствую хоть что-нибудь. Обиду, жалость или злость. Но внутри было пусто. Я вычеркнул ее из своей жизни еще тогда, когда она выбрала Эира и смотрела на меня как на пустое место. То, что нас связывало, давно исчезло, и сейчас ее прикосновение не значило ровным счетом ничего.

— И как нам теперь быть? — спросил Лом.

Братья молча ждали моего ответа.

— Не мне раздавать вам советы, — выдохнул я. — Но раз у вас появилось свободное время после ухода хозяина, займитесь делом. Развивайтесь. Ходите на охоту, сражайтесь со зверями, чтобы подняться выше. У вас еще есть шансы дойти до десятой ступени. Прислушивайтесь к Ксуру и изучайте трактат.

Сам не понял, к чему я это произнес. Они каждый день спокойно смотрели, как меня избивают и унижают. Братья, конечно, не так старались, как Лом, но он уже получил свое. Изувеченная нога и взгляд брошенной собаки говорили сами за себя. Айна тоже расплатилась за свои поступки, хотя мне от этого не было никакой пользы.

Возможно, я сказал это оттого, что судьба деревни мне все-таки не безразлична.

— А ты что будешь делать? — подала голос дочь Марты.

— Наконец-то покажу правду, — я убрал её руку и направился к своему дому.

Дверь за моей спиной закрылась, засов опустился на место. Я сделал пару шагов, и комната поплыла перед глазами.

Ноги отказали. Я едва успел ухватиться за стол, чтобы не рухнуть на колени. Дрожащие влажные пальцы скользили по доскам. Во рту пересохло, язык словно приклеился. Перед глазами замелькали темные круги, и я крепко вцепился в край стола, пережидая этот момент.

Организм требовал отдыха, и это было больше, чем я мог себе позволить сейчас. Если я сорвусь, то свалюсь без сил и потеряю драгоценные часы. А времени у меня нет. С каждой минутой Эир уходит все дальше. Но перед тем как броситься в погоню, мне нужно завершить дела здесь.

В дверь тяжело и коротко постучали.

— Эй, шмыг, ты там жив? — раздался голос Харека. — Открывай. Я еды принес.

Я поднялся, опираясь на стол, и отодвинул засов.

На пороге стоял Харек. В одной руке у него была глиняная тарелка, в другой — какой-то сверток. Он прищурился, разглядывая мою рваную одежду и лицо.

— Держи, поешь. Тут мясо и лепешки, Савр просил передать, — сказал охотник. — На тебя без слез не взглянешь. Совсем пустой…