Я забрал еду, но Харек остался стоять в дверях, наблюдая, как я сажусь за стол.

— Тебе бы поспать, — заметил он.

— Обязательно, — кивнул я.

Дверь скрипнула, и я наконец остался один. Ел я быстро, даже не замечая вкуса. Мясо оказалось жирным и жестким, лепешка тоже была вчерашней, с засохшими краями. Я просто жевал, а мысли витали далеко отсюда. Зерно жадно втягивало энергию из пищи, пытаясь выжать хоть каплю сил из каждого куска.

По крайней мере, внутри перестало скрести, и пульсации стали ровнее. Закончив есть, я посмотрел на постель. Больше всего на свете мне хотелось проспать пару дней. Я закрыл дверь и рухнул на кровать.

Взял нож и крепко зажал его в руке, свесив ее над пустой тарелкой. Как только я крепко усну, пальцы расслабятся, и нож со звоном упадет. Этот звук должен меня разбудить. Мне нужно было передохнуть хотя бы несколько сотен пульсаций.

Я закрыл глаза, но уснул не сразу. В голове крутились мысли об Эире, Вирге, Тариме, спрятанном артефакте и упущенном времени. А потом навалилась темнота.

Резкий звук. Нож упал в тарелку, и я открыл глаза. Свет за окном почти не поменялся, значит, прошло совсем немного времени. Это хорошо.

Я сел. Голова гудела, но комната больше не кружилась. Тело слушалось. Поднял правую руку, несколько раз сжал и разжал кулак. Проверил состояние зерна. Оно было не на самом дне, но где-то близко. На работу со знаками этого не хватит, но для удара сил должно быть достаточно. Закинул несколько листьев собелии в рот и начал жевать.

Сейчас главное, чтобы остальные согласились мне помочь. И чтобы Тарим не успел перепрятать артефакт. Если он его унес и я ошибусь, то мне конец. Но я видел настрой охотников. Они уже созрели для перемен в деревне, просто сами пока этого не поняли.

Я встал, сунул нож за пояс и сделал три глотка воды из кувшина. Вытер губы.

Открыл дверь и вышел на улицу. Площадь было не узнать.

Прямо на утоптанной земле расставили длинные столы из досок, уложенных на козлы. На них стояла еда: мясо в глиняных мисках, хлеб, кувшины с питьем. Вокруг сидели люди, и я не сразу осознал происходящее.

Все надели чистую праздничную одежду, которую обычно берегут для особых случаев. Между столами носились дети, и никто их не ругал. Женщины о чем-то смеялись. У костра какой-то мужик крутил вертел, жир капал в пламя с громким шипением, а над площадью висел густой аромат жареного мяса и мирта.

Они что, устроили праздник? Видимо, отмечают отъезд Эира в город. Как-никак, десятая ступень, местная гордость. Тарим приказал накрыть столы и разлить мирт, и все подчинились.