Послышался хруст. Зверь так сильно дернулся, что меня просто отбросило назад. Я упал и приложился спиной о камень, дыхание перехватило. Копье так и осталось торчать у него в шее.

Иглоспин развернулся в проходе и рванул назад, пытаясь выбраться из узкого места. Прошел пару шагов, постоянно мотая головой. Копье болталось, а по иглам стекала кровь. Еще шаг, и у него подогнулись передние лапы. Морда ткнулась в землю, туша завалилась набок, а иголки со скрипом прошлись по плите.

Он дернулся пару раз и окончательно затих.

Я лежал и пытался отдышаться. Левую половину от плеча до кончиков пальцев парализовало, а правую ногу ниже колена сильно сводило. Пришлось глубоко вдохнуть, чтобы внутреннее тепло хоть как-то разогнало эту ледяную тяжесть в мышцах.

Повалялся так немного, потом оперся здоровой рукой о камень и сел. Зверь был мертв, вокруг натекла приличная лужа крови. Я кое-как поднялся. Правая нога слушалась плохо и глухо покалывала, но стоять было можно. Доковылял до туши и потянул за древко копья. Вышло с неприятным хрустом, зато наконечник и сама палка остались целы. Отлично, Руну будет не к чему прицепиться.

Достал нож. Нашел на животе место, где иголок было поменьше, и воткнул лезвие. Резалось тяжело, плотная шкура поддавалась с влажным хрустом. Распоров брюхо, я сунул руку в горячую скользкую требуху и среди мягкого нащупал твердое. По размеру выходило чуть больше того первого ядра, которое я достал из остроклюва. Подцепил ногтем и вытащил.

На ладони лежал серый шарик. Внутри еле заметно мерцало. В груди сразу стало теплее, мой внутренний источник почуял добычу и отозвался на ядро каким-то голодным толчком.

Я повертел шарик в пальцах, вспомнил, как растворилось первое ядро, тут же сжал его и сунул в карман.

Поднялся и вытер руки о траву, торчащую между плитами.

Саму тушу придется тут бросить. Если притащу такого здоровенного иглоспина, да еще с темными иглами, замучают расспросами. Рун же велел обойтись без подвигов и вернуться до темноты, а с такой ношей я точно опоздаю.

Нельзя так нельзя. Мясо, конечно, жалко. Я стер с копья следы крови о траву, нагнулся подобрать свою стрелу и тут вдруг зацепился взглядом за плиту рядом с убитым зверем. Вернее, за саму поверхность камня.

Там были три короткие черточки. Ровные такие, на ширине пары пальцев друг от друга. Выцарапаны не слишком глубоко, но очень четко. Рядом еще две покороче и под углом, а в центре выбита точка.

На следы когтей не похоже. Звери оставляют рваные и неровные царапины разной глубины. А тут все было аккуратно, будто кто-то специально постарался ножом или острым камнем с сильным нажимом.