Солнце уже касалось вершин дальних гор, когда я приблизился к родному дому. В воздухе витали запахи вечерней трапезы, а из окон доносились спокойные голоса.
Я толкнул дверь. А Лань, стоявшая у очага, обернулась, и на её лице расцвела улыбка.
— Братик! Ты вернулся! И с мечом! — она подбежала ко мне, с любопытством разглядывая простой, но добротный клинок.
Мать вышла из-за перегородки. Её взгляд, как всегда, был полон беспокойства, но, увидев меня целым и невредимым, она слегка расслабилась.
— Здравствуй, сын. У тебя всё хорошо?
— Всё хорошо, мама, — я постарался, чтобы мой голос звучал уверенно. Я снял меч и прислонил его к стене. — Я выполнил все задания учителя и удачно поохотился.
Мы сели ужинать. Я рассказывал о «Пылающем Горне», о хаосе и шуме, о странном мастере Го Рене и его одержимости. Я не стал упоминать о том, что заказал у него меч, и о новом трофее. Зачем бередить их души? Пусть этот вечер будет спокойным.
Но даже сквозь тёплую атмосферу семейного ужина я чувствовал лёгкое напряжение в воздухе, словно перед грозой. Возможно, это было лишь отголоском моих собственных тревог. Или же предчувствием того, что ждало меня за порогом.
Закончив ужин, я подождал, пока все уснут, после чего вышел и поднялся на крышу своего дома. Она была не самая высокая, но с неё был отличный вид на город. Я сидел, положив руку на меч, и смотрел на горящие в окнах огоньки. Где-то там, в своих богатых особняках, пировал Цзинь Тао. Где-то в шикарной мастерской творила новые артефакты Сяо Бай. А здесь, на этой крыше, со скромным мечом сидел я. Но мы ещё посмотрим, кто поднимется выше.
Путь только начинался. Завтра мне предстояло отправиться в библиотеку, чтобы разузнать о местах добычи «Живого серебра». Но сейчас, в тишине вечера, я позволял себе просто дышать и копить силы для предстоящих битв.
Примечание:
*Лян — мера веса в Китае, также известная как «таэль» в европейской традиции. Рыночный лян — 50 грамм.
Глава 19
Атмосфера в городской библиотеке Циньшуя была умиротворяющей. Здесь пахло старым деревом, пылью и лёгкой затхлостью свитков, которые десятилетиями не разворачивались. Воздух был неподвижным и сухим, словно в пустыне. Мне казалось, что я попал в место, где время остановилось.
Я пришёл сюда на рассвете, оставив «Спутника Охотника» у входа — правила есть правила. Моей целью был отдел геологии и металлургии. Проверив мой сертификат алхимика, за три серебряных меня провели в небольшую, заставленную стеллажами комнату. Тут хранились отчёты о рудниках, карты залежей и трактаты о свойствах металлов.