«Очистка завершена. Этап 2: Восстановление целостности канала».

Ощущение сменилось. Теперь Ци стала похожа на тончайшую золотую паутину. Она опутывала разорванные концы меридиана, стягивая их, сшивая воедино. Покалывание уменьшилось, превратившись в навязчивый, но уже не болезненный зуд. Ткани срастались на энергетическом уровне с невероятной скоростью. Я чувствовал, как пустота и разрыв в запястье заполняются плотным, живительным теплом.

«Целостность канала восстановлена на 87%. Этап 3: Стабилизация и усиление».

Поток Ци снова изменил свой характер. Теперь он стал плавным, широким и умиротворяющим, как река, разливающаяся по новому руслу. Он омывал только что восстановленный канал, укрепляя его стенки, делая их более гибкими и прочными. Ощущение было невероятно приятным — глубокое, пронизывающее удовлетворение, сродни тому, как усталые мышцы радуются массажу после тяжёлой тренировки.

«Процедура завершена. Восстановление тканей: 92%. Меридиан стабилизирован. Пропускная способность повышена на 5% относительно изначального состояния».

Я медленно открыл глаза и взглянул на запястье. То, что я увидел, заставило меня замереть. Вместо страшных ран с запёкшейся кровью на коже остались лишь две тонкие розовые линии, похожие на старые, почти зажившие шрамы. Боль исчезла полностью. Я сжал кулак, провернул кисть — ни малейшей скованности, ни дискомфорта. Рука слушалась идеально, более того, я чувствовал, как Ци течёт по ней теперь ровнее и сильнее, чем до ранения.

«Эффективность заживления: 184% от базового прогноза. Рекомендация: избегать экстремальных нагрузок на конечность в течение 12 часов».

— Спасибо, Юнь Ли, — выдохнул я, испытывая смесь облегчения и благодарности. — Без тебя это заняло бы недели.

«Это моя основная функция. Ваше быстрое освоение базовых техник сделало процедуру возможной».

В этот момент снаружи послышались быстрые шаги и взволнованный голос А Лань:

— Мама! Что это? Откуда мясо и лекарства?

Я вышел из комнаты. А Лань стояла посреди помещения, уставившись на стол, заваленный провизией и травами. Её глаза были круглыми от изумления.

— Братик, это всё ты?

— Повезло с травами. Больше не о чем беспокоиться. — Я кивнул.

Она подбежала ко мне и крепко обняла, забыв обо всей сдержанности.

— Спасибо, — прошептала она, и в её голосе слышались слёзы облегчения. — Я так боялась.

— Пустяки, — я похлопал её по спине здоровой рукой, глядя на мать.

Вечер того дня был замечательным. Мы досыта ели наваристый суп с говядиной, свежий хлеб, рис. Даже мама съела целую чашку. Чего, по словам А Лань, с ней не случалось уже несколько месяцев. Сестра непрерывно улыбалась, а когда я вручил ей завёрнутый в бумагу леденец, расплакалась от счастья. Атмосфера в доме впервые за долгое время была лёгкой, почти счастливой.