Александр Савельевич дождался первых нор, надеясь заметить суслика, но ему не повезло. Зато от самого вида Изменённого пейзажа он порядком взбодрился и организм потребовал срочного снятия напряжения.

Проснулся Александр Савельевич оттого, что поезд стоял.

Сонно ворочающаяся девица, пробормотала что-то на ухо о своей готовности продолжать, но Александр Савельевич уже поднимался. Остановка не планировалась, но он знал, что по пути они должны миновать один из карьеров артели добытчиков, которые финансировали часть этой поездки. Его предупреждали, что, возможно, остановятся с короткой инспекцией, но не в его правилах было выполнять чужую работу. Так что, поднявшись с широкой кровати, Александр Савельевич зевнул, почесал живот, подумал, что стоило бы начать упражняться, а то совсем дыхалка слаба, надолго уже не хватает, и выглянул в окно.

За окном виднелось небольшое здание станции, по случаю ночного времени мрачное и пустое. А за ним уходили в обе стороны ярусы разреза.

Прямо по центру располагался спуск, и сразу же от него разбегались влево и вправо насыпные дороги, ведущие к верхним ярусам.

У спуска топтались с десяток вооружённых людей в чёрных форменных одеждах — охрана поезда.

Сон как рукой сняло.

Охрана не выходит без надобности. Это Александр Савельевич знал точно. Значит, что-то случилось.

Он быстро оделся, накинул шубу. Зачем-то твердя себе под нос, что это не его дело. Но даже если так, он должен понимать, куда не слать отряды. Пусть некоторые не возвращались, и артели платили за риск большие деньги, но лучше не терять людей, ведь это многоразовый ресурс.

— Господин, вы куда?

Девица села в кровати, прикрываясь смятой простынёй.

— Цыц! — гаркнул на неё Александр Савельевич и вышел из купе, прикрыв за собой дверь.

На выходе из вагона стоял охранник в чёрном и тут же перекрыл путь.

— Не велено.

Александр Савельевич оттолкнул его, ещё бы какой-то железняк не давал ему пройти. Нужно посмотреть, нужно знать, что случилось и, если артель потребует отряд для охраны этого разреза, запросить цену повыше.

Второй раз его остановили уже на подходе к спуску, но здесь ничего не сказали, просто двое встали перед ним — молча, безучастно. С такими не поговоришь, не предложить на лапу.

Но самое страшно, что Александру Савельевичу и не нужно было идти дальше. Он увидел всё и отсюда.

Нижний ярус казался чёрным. Словно весь снег вычислили, подмели площадку, да ещё и растопили остатки белой крошки. Отчего земля влажно поблёскивала. Поначалу Александр Савельевич решил спросить, зачем так было утруждаться, ведь всё равно не сегодня завтра снег повалит снова. А потом он понял, и его тут же чуть не вывернуло.