Александр Савельевич перевёл взгляд на стену сбоку, где висели написанные маслом портреты деканов и ректоров училища. Среди них он выбрал один, с которого, хитро прищурившись, смотрел на него седовласый человек с волевым подбородком и сталью в серых глазах.

Аркадий Петрович проследил этот взгляд.

— И? Моё право, — произнёс он.

— Дом своего старого Наставника? Конечно! Кто ж спорит! Ты мог выбрать любой пустующий дом в этом городе. Проспект, набережная… всё что угодно. Но…

— Наставник всегда был для меня важным человеком, тебе ли не знать.

— Да! Я в курсе! И тебя он всегда выделял среди остальных. Не знаешь отчего?

Аркадий Петрович сжал зубы. Он знал, но всегда хотел об этом забыть. Социальный статус, с которым он пришёл на Стезю, всегда был его уязвимостью. И сейчас это урод, сидящий напротив, давил на больную мозоль. Давил, не стесняясь.

Но и он не собирался уступать. Не для того учился, не для того тренировался до кровавого пота. Недаром достиг больше, чем все эти богатенькие разгильдяи.

— Но дело сейчас вообще не в том, — усмехнулся Александр Савельевич. — А вот о чём.

Он покопался во внутреннем кармане тёплого сюртука и вынул оттуда сложенный вчетверо листок. Медленно развернул, положил на стол, пододвинул к Аркадию Петровичу, специально толкнув табличку с его именем, так, чтобы она развернулась боком.

Аркадий Петрович поправил табличку, взял бумагу.

Заявление.

Дальше от руки шёл текст. О том, что в доме по адресу такому-то необходимо провести проверку. По подозрению соседей, живущих через проулок, в дом мог забраться зверь после прорыва. Свидетель слышал не только звуки, но и видел вспышки в том районе, когда лучшие стезевики города доблестно боролись с прорвавшимися за стену зверями.

— Заявлений было два, — признался Александр Савельевич, поморщившись, — но во втором был полный бред про призраков и духов, так что-то, что оно пропало даже неплохо. Иначе пришлось бы привлекать стезевиков высокой ступени, а я это не люблю. А так, дом могут обыскать наши патрульные. И поверь, они сделают это с очень большим старанием.

— Если? — уточнил Аркадий Петрович.

— Что если? — удивлённо воскликнул Александр Савельевич. — Просто со старанием. Сам же понимаешь, наш долг городской стражи реагировать на заявление гражданских. Но я вот думаю, что мои парни могут там всё по кирпичикам разобрать. Ведь рядом живут люди, а хозяина у дома, официального хозяина, пока нет.

Александр Савельевич развёл руками.

Он пожевал губами, развалился на стуле, словно был в кресле и продолжил:

— К тому же рекрутскому корпусу совсем недавно поступало заявление от некоего… постой-постой, Горчакова А. П. о том, что в том районе он заметил якобы беспризорника. Заявление, как ни странно, направлено на имя начальника Корпуса Рекрутов Чернодыма, который, по совершенно случайному совпадению, является сюрприз-сюрприз лучшим выпускником ныне возглавляемого тобой факультета, а выпуск принимал никто иной, как всё тот же Горчаков А. П. И заявление это, больше похоже на личную просьбу…