На вывеске значилось: «Одеваем горожан более ста лет» Я прошел мимо. Такие мне сейчас не нужны. Но подозрение, что я могу не найти ничего, укрепилось в голове.

Я прошел еще с полчаса, прежде чем вышел на центральную площадь.

Башня городской управы оказалась высоченной. Увенчанная шестигранным шпилем она походила на карандаш, воткнутый великаном в землю тупым концом, а остро отточенным грифелем царапающем облака. Огромные круглые часы виднелись под самым шпилем. Ажурные стрелки показывали почти два часа дня.

Нашёл я и упомянутое представителем кафе.

За большим арочными окнами сидели люди и горел свет. Электрический! Невиданная роскошь! Свет, да еще днем… И впрямь, пойти в такое — для многих за счастье.

Мне было бы неприятно там сидеть. Чтобы вот так… на показ, когда вокруг люди, а в часе ходьбы отлавливают и сажают в клетки беспризорников… Жуткое, показное равнодушие виднелось на всех без исключения лицах в кафе. Словно мир разделили на две половинки. Одна там, за стеклом с электрическими лампами, а другая здесь, где мороз убивает насмерть, а детей без опеки, хватают и отправляют на шахты.

Но не я назначал встречу. А Борис Валентинович, видимо, решил проверить на что я гожусь. Здесь не только был строгий дресс-код, сюда, вообще, может быть не просто попасть. Роскошь посреди нищеты.

Мне стало неприятно. И я даже решил, что не пойду я никуда. Но немного подумав, собрался и пошел искать магазин готового платья… или как он тут называется.

В итоге, мне пришлось покружить по центру, а потом свернуть на улицу потише. Да, это всё ещё был центр, но словно бы скрытый, спрятанный среди особняков и пустых парков. Я решил уже, что забрел ни туда, когда заметил торговый ряд. Одноэтажное здание сияло витринами. Здесь тоже был свет, но не электрический. Горели масляные лампы, но выглядело так, будто они здесь именно для подчеркивания интерьера.

Среди бутиков с посудой, украшениями и, неожиданно, чаем, я не нашел одежды и остановился в раздумьях.

Ко мне почти сразу подошел мужчина неопределенного возраста, одетый в те же цвета, что украшали фасад торговых рядов.

— Ищете что-то конкретное? — очень вежливо спросил он.

Я побоялся выдать себя, спрашивая про готовые вещи, вдруг здесь их действительно нет, так что спросил я просто о магазине одежды.

— Вам нужен индивидуальный пошив или готовая?

Я выдохнул с облегчением, но не собирался терять лицо.

— Рассматриваю оба варианта.

Мужчина улыбнулся. Меня всегда поражала выдержка таких людей. Многие называют её «английской невозмутимостью». Мисс Хадсон, дворецкий Бэрримор — типичные представители этих людей. И вот теперь, к ним добавился этот безликий, но совершенно непробиваемый работник торговых рядов Чернодыма.