Он повернулся к своей группе. Про нас словно и забыл в один момент.

— Идём. Вы домой, а я отведу этого к своим. И награду за поимку крысы получу и перетру кое-что с Мостовиками.

Куцый рванулся, выкручиваясь, но Бивень только рассмеялся. Он был сильнее. Намного.

— Не пойду! — закричал Куцый. — Не пойду я к ним! Они убьют меня!

— А мне что с того? — Бивень пожал плечами. — Награда есть награда.

Он потянул Куцего за собой, а тот упёрся ногами в землю, отказываясь идти.

— Стой, — сказал я.

Бивень не обернулся.

— Стой, тебе говорят.

Он остановился. Повернул голову.

— Кто это сказал? — спросил он, шаря невидящим взглядом по проулку, словно нас в нём не было.

— Я сказал. Оставь его!

Бивень уставился на меня, и в его глазах загорелась злость.

— Ты совсем тупой? Я, считай, вас не видел. Делаю вам одолжение, считай. Не скажу никому, что вы не на своей точке ошиваетесь.

— Ты не скажешь, а другие?

Гриша встрял в разговор. Я глянул на него, но он не видел и, похоже, не понимал, что зря встрял. Гриша уже согласился с тем, что Куцего уведут не пойми куда, на убой. И сейчас просто пытался добиться гарантий безопасности для нас. Вот только я не собирался отдавать ученика.

— Другие? — усмехнулся Бивень. — Никто не сдаст. Я сказал.

Я видел других ребят и видел, что двое из троих кивнули. Но один… Он смотрел себе под ноги и едва заметно, словно случайно сделал шаг в сторону, будто бы дистанцировался от остальных. Я усмехнулся про себя. Не сдадут? Ага.

Но чёрт возьми, не это было сейчас важно!

— Отпусти его! — снова потребовал я.

— Ты, Огрызок, походу, совсем страх потерял. Сначала Кость ослушался, теперь мне указывать вздумал?

— Я взял его под свою ответственность. Теперь он мой человек. Не предатель. Не крыса.

Гриша рядом замер, кажется, даже дышать перестал. Я чувствовал, как он смотрит на меня — с удивлением, с непониманием, с ужасом.

Бивень засмеялся.

— Под свою ответственность? Да ты кто такой, чтобы ответственность у тебя была? Нищий, грязный, памяти лишённый беспризорник? Я заступился за тебя перед Костью, потому что пожалел. Решил, что смелость твоя от забывчивости, — Бивень поболтал ладонью в воздухе у виска. — А оно вона как, оказывается. Ты реально берега попутал.

— Посмотрим, — сказал я спокойно. — Но его я тебе не отдам.

— Не отдашь? — Бивень отпустил Куцего, и тот упал на колени, хватая ртом воздух. — Ах ты…

Он двинулся на меня, но в его глазах я не видел желания драться. Он хотел запугать. Сломать. Показать, кто здесь главный.

Я стоял на месте не отступая.

— Бивень, подумай, — сказал я. — На чьей ты стороне? Мостовики — они нам кто? Такие же беспризорники. Только отмороженные. Их главарь награду назначил, а ты ему подыграть решил. Так много даст? А вдруг не виновен Куцый?