— А есть здесь чёрный ход? — спросил я, когда Марфа закончила наставления. — Не через парадный же нам ходить.
Марфа показала на неприметную дверь в конце коридора, которая вела во двор. Через парадный ходить опасно — можно нарваться на бабку, которая в любой момент может выгнать нас. А чёрный ход — это свобода.
Отлично! Вот теперь, похоже, можно немного порадоваться за себя. Удачно зашёл, не зря решил осмотреться.
Марфа тем временем копалась в кармашке передника. Затем вытащила оттуда крохотную монетку, размером с рубль, только медную, почти чёрную, как уголь, и протянула мне.
— Этого хватит на полмешка. Донесёшь?
— Конечно, — улыбнулся я в ответ.
Улыбка часто помогает в построении доверия. Но Марфа на улыбку не ответила. Похоже, она всё ещё слегка сомневалась в правильности своего решения. Неужели она так не доверяла мальчишкам, которые иногда появлялись в этом доме, что готова была лишиться работы, вместо того чтобы дать мелкую монетку на уголь?
Но я не собирался её обманывать. Мне эти отношения были гораздо важнее, чем она могла подумать. Если Марфа продолжит здесь работать, а я смогу заслужить её доверие, то нам откроется не только беспрепятственный проход в этот дом, но и стабильный, пусть и небольшой, канал добывания пищи. Уверен, что бабка не ведёт точный учёт продуктов, а уж кухарка точно сможет придумать, как объяснить небольшое перепотребление рыбы и, может быть, чего-нибудь посущественней, иногда.
Забрав монетку из дрогнувших в последний момент пальцев Марфы, я вышел из кухни и направился к ванной.
Но не успел я дойти до поворота, как услышал шаги. Скрип половиц, тяжёлую поступь. Я прижался к стене, замер.
Из ванной вышла бабка.
Чёрт! Там же был Гриша!
Выражение лица у неё изменилось окончательно. Пустое совсем недавно, теперь оно казалось злым с жуткой ухмылкой. Губы шевелились, но звуков я не разобрал.
Она прошла мимо, не заметив меня, и скрылась за поворотом.
Я выдохнул и скользнул в ванную.
— Гриша? — позвал я тихо.
Ответа не было.
— Гриша, это я. Выходи.
Из-за титана показалось бледное, испуганное лицо. Гриша был голый по пояс, в мокрых штанах, с полотенцем в руках.
— Ты чего? — спросил я.
— Она приходила, — прошептал он. — Бабка. Я стирал, слышу — шаги. Я за титан шмыгнул, спрятался, едва успел.
Гриша сглотнул.
— Бормотала она что-то. Про нас — беспризорников. Что нам место в Диких землях. Что от нас только грязь и болезни. Что лучше бы…
Он замолчал.
— Лучше бы что? — спросил я.
— Что лучше бы нас всех туда отправили, — Гриша опустил глаза. — Прямо сейчас.
Глава 9
«Лучше бы нас отправили всех туда?» — мысленно повторил я, чувствуя, как по спине пробежал неприятный холодок.