— Из-за оптической иллюзии Рана видна в любой точке планеты, — прошелестел голос Вереса. — Но на самом деле она очень далеко.

— Рана? — переспросил я.

Я так увлёкся наблюдением за необычным явлением, что вопрос вырвался непроизвольно. Изначально я не желал демонстрировать свою полную неосведомлённость, но было уже поздно. Впрочем, погружённый в своё несчастье Верес даже не обратил внимания.

— Говорят, тысячелетие назад бог нежити оставил её своим клинком, — отмахнулся тот. — Сказки для слабоумных, конечно, но какая уже разница.

Рассуждая себе под нос, он пересёк холл, двигаясь куда-то вглубь. Мы прошли мимо массивной лестницы на второй этаж. Некогда та выполняла парадную функцию, но сейчас рассохлась и истрескалась так, что использовать ее я бы не рискнул. На запыленном полу выделялись тропинки, по которым чаще всего ходили немногочисленные обитатели особняка.

Мы зашли под лестницу, к неприметному проёму. Стоило подойти к нему, как на меня пахнуло ледяным холодом некротических эманаций. Плотность последних была такой, что находиться тут долго было бы тяжело даже адепту уровня ядра.

С любопытством я посмотрел на силуэт моего провожатого. Тот лишь поёжился, как от холода, но больше каких-то затруднений не показал.

«Возможно, жизнь в таких условиях выработала у местных сопротивление, — подумал я. — Иначе долго бы они здесь не продержались».

Почти сразу мы вышли в помещение с винтовой лестницей, уходящей куда-то вниз. Вход к ней огораживала решётка, массивные прутья которой покрывали сияющие энергетические руны. От насыщенности энергией она аж светилась в энергетическом спектре.

— Вы готовы? — повернулся Верес.

Не дожидаясь ответа, он потянулся к массивному запирающему устройству.

— Для начала я бы хотел узнать больше подробностей, карту подземных этажей наконец, — произнёс я. — И конечно, сумму оплаты.

— Карту я бы отдал, но их вместе с библиотекой изъяли учёные института, — ответил Верес. — Но там всего пять ярусов.

— Зачем ваш сын пошёл на такой риск? — переспросил я. — Какие у него цели?

Я посмотрел на артефакт в руках. Алый кристалл мерцал светом, давая понять, что владелец всё ещё жив.

— Мой мальчик хочет вернуть наследие семьи, что принадлежит нам по праву! — резко произнёс Верес. — Не тебе осуждать его!

Мысленно я вздохнул. Всё-таки старый аристократ определённо был не в себе. Последний, видимо, и сам понял, что сказал не то.

— Прошу прощения, я на нервах, сами понимаете, — произнёс он. — Я плачу пять миллионов, если вернёте сына живым, два — если будет только тело.

Его глаза на секунду потеряли фокус, а у меня вспыхнул Светляк. Пришло уведомление о зачислении миллиона. Это был хороший аванс.