от себя эти мысли. Она глубоко вдохнула и выдохнула. – Эй, Руп! – Чего тебе? – раздался ленивый голос. – А ну, иди сюда! Он неохотно поднялся, подошёл. – Дай мне свой платок. – Это ещё зачем? – Дай, – велела она. И он снял платок с шеи. Хелька, ничего не объясняя, завязала себе глаза. Она положилась на интуицию и пока не знала, что из этого выйдет. – Помнишь, мы играли в жмурки, Руп? – Ну? – Раскрути меня, как тогда во дворе. Раскрути и легонько толкни в спину, чтобы я не знала, куда ступаю. Брат пожал плечами: – Лады. Хелька заткнула уши, приготовилась. Руп взял её за плечи и начал крутить, пока у неё не закружилась голова. – Хватит! Он подтолкнул её в спину, и Хелька пошла. Пожалуй, чересчур бодро: пройдя пять шагов, она врезалась лицом в дерево и упала навзничь. Руп громко расхохотался. Ниметон перестал жевать и недоумённо уставился на брата и сестру. Хелька резко поднялась. Лицо саднило, слёзы пропитали повязку на глазах. – Ещё! Смех Рупа оборвался. – Ещё? – неуверенно переспросил он. – Да. Быстрее. – У тебя губа разбита. Она распрямилась, расставила ноги. Руп подошёл. Он больше не смеялся. Раскрутил. – Хватит! Хелька прошла четыре шага и споткнулась о корягу. Поднялась. – Ещё! – Ты сбрендила?! – Делай, что я говорю. Понял? В голосе сестры послышались нотки, которых даже Зверёныш Руп боялся. Он подошёл: – Как хочешь… Взял за плечи. Раскрутил. Хелька зашагала. Три шага. Пять шагов. Восемь. Десять. Что-то тонкое, как мыльная плёнка, коснулось её лица, натянулось и лопнуло. Она прошла ещё три шага, сорвала повязку и охнула. Она стояла посреди леса, за границами колдовского круга, и над её головой в полной темноте сияли звёзды. Была глубокая ночь. Видимо, купол, покрывший их, искажал не только пространство, но и время. Или всё это было лишь в её голове? Она обернулась и посмотрела в темноту рощи. Оттуда медленно, как призраки, выплыли два удивлённых лица с глазами навыкате. – Как тебе это удалось? – промычал Ниметон и оглянулся, но ловушки не увидел. 3 Под утро Гаспар начал кричать. Спросонья Ахти решил, что на них напали или что Фархад снова делает операцию человеку-скорпиону. Но оказалось, что Гаспара никто не трогает. Более того, к нему даже не собирались подходить. Руки и ноги Чемпиона были связаны толстыми корабельными верёвками, которыми волхв в сильный ветер привязывал лодку. Гаспар изгибался всем телом, скрежетал зубами и рычал. Ахти спрыгнул со своей полки. Приблизился к Чемпиону. – Не подходи, – устало произнёс Канто. Он сидел на шкуре в рваной