Ган был необычайно для себя многословен. Видимо, очень уж ему не хотелось воевать против бывших товарищей.

«Я пойду за Вами куда угодно. За Вами и за орлом Двадцать Первого. Просто Карр… Ему не плевать на Империю. Вот что хотел сказать».

Да. Не плевать и отчасти в этом вся проблема. Просто купить старика не получится. Это от меня пытаются отмазаться Лимесом Север. Карра же устроит только изменение Империи в целом.

«Пока я думаю и жду. Если Карр сам начнет Гражданскую Войну, то мне придется умыть руки».

Через пять минут мы с Клестусом осматривали тела троих несостоявшихся убийц Петрия. Ну как тела… То, что от них осталось. Легионеры и венаторы их на лоскуты порубали. На трёх столбах болтались ошметки плоти. Подсушенные солнцем и поклеванные стервятниками, они едва держались на повреждённых скелетах. Мде… Хреново тут обращаются с уликами. Судмедэкспертов в мой новый мир не завезли.

Теней у мертвецов не осталось. Интересно почему? У обычного покойника тень пропадает лишь спустя несколько дней. Призрака либо можно отпустить с помощью особых ритуалов, либо повредить и изгнать силой Великого Пламени. Кто-то над ними успел поколдовать?

— Органы, — как обычно немногословный Клестус указал острием кинжала на потемневшие потроха мертвецов.

— Алхимически или как-то иначе изменены? — догадался я.

Клестус кивнул.

— Сложно было убить. Поэтому так покромсали. Не только от злобы.

Помнится у Сандиса было особое зелье. Увеличивало физические показатели цели, но превращало внутренние органы в желе. Организм будто переваривал сам себя. Отличный эликсир для одноразовых ассасинов.

— Уже выяснили кто это был?

— Нет. Либо незнакомые, либо им изменили лица.

Мде… Петрия пытались грохнуть очень профессионально. Все концы обрезаны.

— Постарайся выяснить что-нибудь.

— Будем работать.

Я вернулся в шатёр Петрия, чтобы обновить эффект магического лечения. Стратег выглядел и чувствовал себя уже куда лучше. Одарил меня целым ворохом жалоб на поведение Сандиса в мое отсутствие. Некоторые из них касались в том что числе краж строительных материалов и шанцевого инструмента. Блеск! У нас тут Империя вот-вот развалится, а Петрия беспокоили такие мелкие дрязги. Впрочем, ничего удивительного. Он всю жизнь провёл в легионе. Армия была его Империей. И значительную часть своей жизни он служил обычным центурионом причём даже не первой когорты. Для таких людей пропажа шанцевого инструмента может лечь штрафом на кошелёк или ударами палки на спину. Приходится переживать за любую мелочь. А если настанет время сражаться, то может получиться как в известном стихотворении про гвоздик. Иногда наличие того или иного инструмента определяет победителя.