— Давай-давай, — сказал он строго. — Пора вылезать из детской кроватки. Хватит тиранить Элфа. Думаешь, ему легко спать с тобою рядом и помнить, что ты ещё ребёнок?

Сам я как-то не рассматривал проблему под таким углом, но нашёл доводы Тотигая весомыми. Коу была здорово красивой девчонкой, всё время на меня вешалась, а я уже бог знает сколько жил без женщин. В какой-то момент мне действительно нелегко окажется вспомнить, что к чему, и захочу ли я вспоминать? А это будет нехорошо по отношению к Коу. К тому же у меня Лика есть, я обещал за ней вернуться, но и о ней мне будет вспомнить не просто, как и о своём обещании.

Окончательно я это понял, когда мы отыскали в мехране маленькое озеро с чистой водой, бьющей из родников на дне. Стоя на берегу, я остро почувствовал, до чего же я грязный. Загнав Тотигая дозорным на ближайшую скалу, скинул с себя всё и немедленно полез в воду — сверху она была тёплой, а внизу ледяной. Коу с любопытством посмотрела, как я плескаюсь, и тоже решила искупаться — прямо в одежде. Я выгнал её на берег, разул, выгреб из карманов припрятанные на чёрный день кусочки вяленой дыни, достал из рюкзака брусок мыла и долго шоркал Коу с ног до головы, пока она не покрылась толстым слоем пены. Надев и намочив собственную одежду, я проделал тоже самое с собой, и мы забрели в озеро, хохоча как ненормальные. Потом мы разложили свои вещички на камнях, нагретых солнцем, и долго купались на мелководье. Я учил Коу плавать; она бестолково барахталась, стоило ей потерять опору под ногами; Тотигай давал девушке сверху дельные советы и отпускал язвительные замечания на счёт нас обоих. Наконец мы вылезли и развалились на крошечном пляжике, покрытом крупным песком.

Без одежды Коу была чудо как хороша. Долго я смотреть на это не мог, не смотреть тоже не мог, а потому, дав нам обоим согреться, велел ей одеваться и оделся сам. Одежда была ещё влажной.

— Мокрая! — сделала вывод Коу, ощупав свою рубашку.

— Одевайся, я сказал!

— Зачем?

В последнее время, научившись говорить как следует, она замучивала нас тысячами «Зачем?» и «Почему?», задаваемыми по любому поводу. Почему ночью темно? Почему на солнце жарко? Зачем каждый день чистить винтовку? Для чего Тотигаю лапы, если у него есть крылья? Вопросы следовали один за другим, и мы с Тотигаем едва успевали отвечать на один из каждого десятка.

— Затем, что одежда на нас высохнет быстрее, чем на камнях, — ответил я сейчас.

— Зачем — быстрее? — спросила Коу.

— Скоро она спросит тебя, откуда берутся дети, — заметил Тотигай со своего поста. — И мне очень интересно, что ты будешь отвечать.