– Что там у тебя? – я устало протянула раскрытую ладонь.
Она помедлила и несмело вложила медное кольцо на цепочке.
Я с огромным трудом удержалась, чтобы не цокнуть и не закатить глаза.
Оберег для дома. Уже, наверно, десятый! У Ликса была какая-то нездоровая любовь конкретно к этому амулету, если пустышку вообще можно назвать амулетом.
Подавив вздох, я посмотрела на притихших в ожидании чуда посетителей ресторана и сказала:
– Если у кого-то ещё есть эти... обереги, несите сюда.
Мне не пришлось повторять дважды.
Через минуту передо мной на столе возвышалась впечатляющая горка одинаковых бесполезных безделушек, за каждый из которых краенхолльцы выложили Ликсу по аурину. На эти деньги можно было питаться месяц.
Я села поудобнее, размяла затёкшие плечи, покрутила головой, разминая и шею тоже, и раскрыла ладони над горкой украшений.
– Луварен кореяна, ноэран лисса фольгельт.
Яркое золотистое сияние упало с моих рук на обереги. Уже наученные, жители прикрывали глаза, но всё равно с восторгом следили за каждым танцующим движением моих пальцев, пока я продолжала беззвучно шептать слова заклинания.
Тридцать секунд, и сияние угасло, но не исчезло, затаившись в амулетах, которые теперь уже действительно были амулетами.
Я сунула ноги в туфли, поднялась и пошатнулась так сильно, что едва не рухнула. Пришлось срочно хвататься за край стола, из-за чего посуда на нём звякнула.
Тут и без того царила тишина, а теперь она стала звенящей.
Ни на кого не глядя и сожалея о том, что у приступа моей слабости было столько нежелательных свидетелей, я оставила на столе оплату за ужин, взяла сумочку, документы и покинула ресторан, бросив через плечо:
– Всё, можно разбирать.
Камни... эти проклятые неровные камни на дороге и эти проклятые каблуки!
Я поджала губы и медленно направилась к дому, тщательно выбирая место для каждого шага.
Закатное солнце окрасило небо в малиновый и персиковый, из-за чего на улице стало значительно уютнее и уже не было так невыносимо жарко, как днём.
К сожалению, я не могла насладиться теплом этого вечера.
Из-за того, что колдовала сегодня непозволительно много, меня теперь шатало и страшно морозило. Повесив сумочку на сгиб локтя и прижав папку к груди, я зябко обнимала себя за плечи.
Мысли мои были тоскливы. Меня ждала неспокойная ночь на полу без матраса и спальных принадлежностей. У меня не было даже подушки.
Какой кошмар. Больше того, это такой позор! Спать на полу в пыли полуразрушенного дома.
– Леди Элирс! – меня издали увидел Норин, старший сын кира Лоэ.
Мужчина вскинул руку и замахал, привлекая внимание, и поспешил ко мне.