Теперь у тишины отчётливо ощущались нотки чье-то бешенства.
Я разомкнула веки и как раз увидела, как Грейвхарт вопросительно смотрит на мужчины в белой мантии лекаря, а тот виновато разводит руками и одними губами говорит:
– Так не понять.
Зло сощурившись, я медленно села, переводя взгляд с одного негодяя на другого.
Аркант выглядел чернее тучи.
– Почему вы упираетесь? – требовательно спросил он звенящим стальным голосом.
– Моя личная жизнь вас не касается, – с достоинством холодно ответила я.
– Есть разница между личной жизнью и преступлением! – прошипел он, нависнув надо мной.
Я усмехнулась и насмешливо посмотрела на отчего-то взбешённого мужчину.
Дорогой мой лорд Грейвхарт, видимо, забыл, о ком идёт речь.
Он резко выпрямился, холодно посмотрел на меня и сказал:
– Вам придётся всё рассказать, леди Элирс. У вас не осталось выбора.
Глава 18
Лекарь оказался столичным.
Не знаю, как Грейвхарт притащил его в Краенхолл и когда успел, но лекарь раскинул магическую схему моего организма на весь кабинет, долго изучал и в итоге со вздохом сказал:
– Я подозреваю, что грубо и некачественно был проведён ритуал по отвязке от ауры какого-то артефакта.
Я молчала, сложив руки на груди, прижав к себе коленки и накрываясь пледом на диванчике в кабинете арканта. На мужчин я не смотрела, всем видом показывая, как не одобряю и осуждаю их действия.
– Вероятно, ритуал пошёл откатом на леди Элирс. Не знаю, что конкретно это может быть, потому что не понимаю, что именно она сделала.
– Предположите, – фактически потребовал внимательно слушающий каждое слово Грейвхарт.
Лекарь ненадолго задумался.
– Тошнота, физическая непереносимость еды, проблемы со сном, низкое давление, озноб, быстрая утомляемость, проблемы с магией... можно долго перечислять. Нужно наблюдать. Глубокий анализ невозможен, когда аура в таком состоянии... да вы и сами видите.
О, мы все это видели. Проекция моего организма продолжала мерцать в магически созданном полумраке кабинета.
Аура, которая у меня, как у мага-прикладника, должна была быть ярко-синей, на деле выглядела потухшей серой с редкими голубыми вкраплениями.
Края оказались разодраны. У ауры должен был быть размытый, но ровный контур. Моя выглядела так, будто её рвали когтями.
Помимо этого, тревожно красным пульсировало почти всё тело.
Я не умела читать целительные проекции, но выглядело это довольно жутко.
– Вижу, – глухим раскатом грома подтвердил аркант.
– Вы говорите, она бегает по городу и активно пользуется магией? Я удивлён, как в таком состоянии она вообще может быть в сознании.