Говоря, что они мне тут залили пол, Гаррет имел ввиду выравнивание цементным раствором. Я точно видела, в каких местах они это сделали. Не знаю, сколько времени это дело должно сохнуть и застывать, но... этот уже застыл.
Я сначала подумала, что только сверху, и уронила прощупывающий импульс.
Нет. Он застыл полностью.
Ну... ладно, может, у них раствор быстро застывающий.
Я прошла по дому, прикидывая, что могу уже начать делать собственными силами, а потом снова убежала в город.
Точнее, попыталась.
На пороге дома меня ждала большая плетёная корзинка, полная фруктов, выпечки в бумажных пакетах, двух стеклянных бутылочек летнего холодного чая...
Поверх всего лежал сложенный пополам листок, придавленный красным яблоком, чтобы не улетел.
«Спасибо!»
Я покрутила листок, но подписи не было. Повертев головой, не увидела никого вокруг.
Видимо, кто-то из жителей постарался поблагодарить за магическую помощь.
Чувство тёплой покалывающей благодарности сладким мёдом растеклось в груди. Приятно. Очень.
Я занесла корзинку в дом, закрыла эту жутко скрипучую дверь и убежала обратно в город.
Мне нужен был водопроводник.
Кир Вальтер Кэррик, муж киры Астры Кэррик, хозяйки ателье, оказался очень скверным человеком.
Для начала, он медленно снисходительно оглядел меня с головы до ног, не удосужившись даже подняться в знак приветствия. Дальше с видом «мда, ходят тут всякие идиотки» он добрых двадцать минут заваливал меня какими-то терминами и осуждающе вздыхал, когда я говорила, что ничего не понимаю.
Всё дошло до того, что он начал цокать и закатывать глаза!
Идти ко мне и лично смотреть, что я там хочу, он отказался и требовал, чтобы я на словах объяснила. Я, как могла, объяснила. А он сказал, что это какой-то бред и я всё неправильно объясняю.
Я вышла из его лавки, чувствуя себя круглой идиоткой, основательно опозоренной.
В состоянии лёгкого потрясения от состоявшегося разговора я прошла пару шагов.
А потом увидела, что за пять домов отсюда выкорчёвывают фундамент и вырубают кусты рабочие, расчищая участок под постройку одного из новых зданий.
Но, главное, там был кир Сорвейн!
Я мстительно посмотрела на лавку водопроводчика и направилась к тому, кто был ответственным за мою стройку.
Сорвейн не замечал меня до последнего, ругаясь на одного из молодых и явно неопытных парней за что-то. Тут пахло пылью, древесиной и сырой землёй.
– Кир Сорвейн, – голос дрогнул и прозвучал с плохо скрываемой обидой и печалью.
И мужчина позабыл обо всех своих делах, и пара-тройка ближайших работников тоже, и все они повернулись ко мне с выражениями тревоги и готовности решить любые вопросы на лицах.