Глава 15
Кабинет Максима — это портал в персональный ад. Здесь всегда пахнет одним и тем же: дешёвым, ядовитым кофе из автомата, который стоит в коридоре, старым, прокисшим табачным дымом, въевшимся в дешевые обои, и пылью, которая оседает на всем, что не трогали руками больше недели. Я сидела в продавленном кресле, чувствуя, как пружины впиваются в бедра. Максим швырнул на стол синюю папку. Шлепнула она по столешнице глухо, как труп. На обложке — штамп: «Судебное дело № 243-С/2024». Буквы плясали перед глазами. Я открыла её, не чувствуя пальцев. Первая страница — обвинение. Вторая — ходатайство. Я пробежала глазами по строкам, и внутри — ледяная пустота. Сначала пустота, а потом — резкий, тошнотворный удар под дых, от которого перехватило дыхание.— Это что еще за херня? — голос мой прозвучал чужим, сухим, как хруст сухой ветки. — Какое, к черту, мошенничество?Максим сел напротив. Он не смотрел мне в глаза — он изучал мои руки, которые я спрятала под стол. Лицо у него было серое, как будто он сам не спал трое суток.— Встречный иск, Лиз. Игорь идет ва-банк. Он понял, что Алина — это реальная угроза, и решил размазать нас по стенке. Обвиняет тебя в мошенничестве, подделке всех документов, которые мы собрали, и в попытке рейдерского захвата его «великого» бизнеса. Он утверждает, что ты подговорила Алину на лжесвидетельство, а его личные бизнес-секреты — украла, взломав его почту.Я впилась ногтями в край папки. Кожа трещала. В голове всплывали картинки: как Игорь когда-то учил меня подписывать бумаги, приговаривая: «Лиза, не вникай, это всё для тебя, для нашей безопасности». А теперь эта «безопасность» превратилась в петлю на моей шее.— Он переворачивает всё с ног на голову, — я пыталась говорить спокойно, но голос дрожал. — Он делает меня виноватой в том, что он же сам и проворачивал. Как он может так врать, глядя мне в глаза?— Игорь не врет, Лиз. Он конструирует реальность, — Максим откинулся на спинку кресла, и оно жалобно скрипнуло. — Это не просто блеф. У него есть козыри. Он заявил, что нашел твои отпечатки на документах. Требует почерковедческую экспертизу. Если суд её назначит — мы потеряем время. А время сейчас — это всё. Если процесс затянется, я не смогу удерживать Алину, она сорвется, Игорь её купит или запугает, и тогда мы в пролете.Меня тряхнуло. Трясло так, что зубы стучали. Я представила, как Игорь сейчас сидит в своем кабинете, потирает руки и пьет дорогой виски, наблюдая, как я корчусь от его обвинений.— Я не подделывала. Слышишь, Максим? Я ничего не