Он молчит несколько секунд, а потом протягивает мне телефон экраном вверх.
— На, смотри, — говорит он, и в его голосе появляется какая-то вызывающая уверенность. — Я ни с кем не общаюсь. Смотри, проверяй.
Я на автомате беру телефон и еще раз открываю список контактов — все чисто. Журнал вызовов — тоже ничего подозрительного.
Но я знаю, что это ничего не значит.
— Все чисто, — говорю я. — Ты хорошо почистил. Но давай я открою галерею с фото.
Его реакция молниеносна — он резко выхватывает телефон у меня из рук, даже не пытаясь сделать вид, что это случайно. Просто вырывает и прячет в карман.
Я смотрю на него, и в этот момент понимаю — это действительно конец. Больше нет никаких сомнений, никаких «может, показалось», никакой надежды на ошибку. Он рассматривает ее фотографии, когда думает, что я не вижу. Очевидно, жив Оксана для него — не просто случайная связь, а что-то большее. То то, ради чего он готов рисковать семьей, детьми и… мной.
— Будь счастлив, Леша — твердым голосом говорю я. — Живи своей жизнью. Как только мы возвращаемся домой, ты собираешь свои вещи и съезжаешь. Я больше не буду жить с тобой. Я больше не буду прощать. Ты сделал свой выбор, а я сделала свой.
Он открывает рот, чтобы что-то сказать, но я не даю ему — поднимаюсь с кресла, разворачиваюсь и возвращаюсь в номер. Я ложусь на кровать рядом с Ариной и Мирой, накрываясь легким покрывалом, и закрываю глаза.
Я слушаю ровное дыхание дочек и чувствую, как внутри меня что-то умирает. Не любовь — любовь умерла уже давно, может быть, в тот момент, когда я увидела то первое видео, может быть, раньше. Умирает надежда. Та последняя крошечная, глупая надежда, что он одумается и поймет, как был не прав.
Я закрываю глаза и даю волю слезам — слишком много эмоций. Хочется верить, что это последние слезы по нему.
Так или иначе, завтра будет новый день.
Глава 12
Оставшиеся дни отпуска тянутся бесконечно долго, хотя, казалось бы, в раю время должно бежать быстрее, чем обычно. Все это время я наблюдаю за тем, как он общается по телефону — с едва уловимой нежностью в голосе и легкой улыбкой, когда думает, что я сплю. Он не скрывает, но и не афиширует — просто делает вид, что это рабочие звонки. Я не спрашиваю, с кем он говорит и не устраиваю сцен. Внутри — пустота, которую я не ощущала никогда прежде. И в такой ситуации мне остается просто ждать, когда эта поездка наконец закончится.
Каждый день я просыпаюсь с мыслью о том, что скоро мы вернемся домой и я начну новую жизнь. Каждый вечер я засыпаю с надеждой, что завтра будет последний день. Но дни тянутся один за другим, и каждый из них похож на предыдущий — он проводит время с детьми, я нахожусь в стороне, и мы почти не разговариваем, лишь изредка улыбаемся друг другу ради дочерей. Арина и Мирослава ничего не замечают — для них это лучший отпуск в жизни, потому что папа наконец-то весь день с ними. Я рада за них и не хочу портить их счастье, однако внутри меня все сжимается от одного только вида его лица и от звука его голоса.