— Хорошие дороги понадобились именно сейчас по какой-то причине? — поинтересовался канцлер.

— Да, — ответил король. Ему не хотелось вдаваться в подробности своих будущих замыслов. — С беспризорными детьми поступим так: всех — в Сцепру, к Инкит. Выделим ей дополнительные средства. Детей-ишибов — в Парм.

— А с крестьянами что? И с продовольствием, которое торговцы привозят из Томола? — спросил казначей. — Запретим его покупать, чтобы наши крестьяне сами выращивали?

— Наоборот. Будем закупать, но сами. И там, где дешевле. В Фегриде например. И вот тут я предлагаю взяться за дело тебе. У тебя будут запасы, ты станешь регулировать внутренние цены и закупать продукты у наших собственных крестьян.

— Нам не хватит золота, — покачал головой Ксарр.

— Теперь о золоте. Золото отменяется!

На королевских собеседников в этот миг было страшно смотреть. Их челюсти отвисли, а в глазах отражался ужас. Одна-единственная мысль явственно читалась на лицах: «Уж не сошел ли король окончательно с ума?» То, что его величество и раньше казался жителям мира Горр человеком со странностями, лишь усугубляло подозрения. Всем известно, что нет ничего хуже и опасней, чем спятивший великий ишиб. А если этот великий ишиб еще и король, то страну и ее обитателей ждут большие неприятности.

— Ну, не совсем отменяется… — Михаил поспешил успокоить уже почти впавших в отчаяние приближенных. — Просто мы немного изменим наши деньги. Сделаем их бумажными.

— Бумажными, твое величество? — Чернобородый Ксарр старался говорить нормальным голосом, но это у него получалось плохо.

— Да. Выпустим несколько разновидностей новых денег. В зависимости от суммы в золоте, указанных на них. Назовем их ассигнациями. Допустим, одна бумажка будет равна золотому, а другая — ста золотым. И будем обменивать их на золото по первому требованию. Это создаст доверие к нововведению. И постепенно заменим большую часть золота обычными бумажками.

— Их будут подделывать, — тут же вставил Комен. Он, известный острослов, соображал быстрее остальных и сразу же уловил общую мысль: королю не нужно будет добывать золото, он сможет сам изготавливать замену этого самого золота в каком угодно количестве. И, разумеется, не только королю захочется этим заняться.

— На них поставим печать моего личноготи , — ответил Михаил. — Ее подделать невозможно, это легко распознает любой ишиб или даже просто видящийти . А за обман… вот как раз за обман мы и воспользуемся твоими предложениями по поводу ужесточения наказания. Вряд ли ишибы на это пойдут.

После трех часов непростого обсуждения собравшиеся направились к выходу. Точнее, королевские покои собирались покинуть лишь визитеры, а сам его величество оставался в них. У него еще были дела. Он не был уверен, насколько полно и правильно его поняли подчиненные, но точно знал, что эти люди сделают все, чтобы претворить в жизнь королевскую волю. Или то, что они подразумевали под ней. Михаил хотел увеличить государственные закупки, внешние и внутренние, поднять производство, а также побороться с иностранными спекулянтами. К своим собственным, ранигским, он был настроен более-менее лояльно, потому что те приносят в страну деньги или, по крайней мере, не выводят их.