— Если это они, твое величество, то полностью согласен, — поклонился Тиннерет. — Нам сначала нужно узнать, кто владелец халата.
Начальник охраны императора и не подозревал, что даже если он не приложит никаких усилий к тому, чтобы выяснить личность преступника, то все равно получит эту информацию. Уж об этом ишиб Иашт позаботится. Как он позаботился о том, чтобы владелец халата, уларатский ишиб-шпион, въехавший в Фегрид под видом целителя, уже ничего никому не смог рассказать.
Глава 12 Пожар В мире нет ничего красивее огня. Слова ранигского крестьянина во время пожара в доме помещика
— Тихая ночь, твое величество, — сказал Тунрат, стоящий на площади дворца рядом со своим королем.
Михаил оглянулся. Темно-синее звездное небо без единого облачка было так прекрасно, что человек с поэтическим даром испытывал бы трудности, если бы захотел оторваться от его лицезрения. Оно поражало своей глубиной, притягивало взор, завораживало, вдохновляло и тревожило… К счастью, король не обладал поэтическим даром. Но даже в его рациональной душе шевельнулось какое-то романтическое чувство. Чувство сопричастности к природе и мирно дремлющему Парму. Ему было приятно сознавать, что город тих и спокоен, горят одинокие огоньки, безмятежно спят подданные, стрекочут сверчки, бесшумно летают небольшие ночные птицы, а в левом крыле дворца покоятся готовые к использованию заряженные гранаты. Красота!
— Начинайте, — произнес король и взмахнул рукой. Он точно знал, что все на свете может быть улучшено. Даже эта прекрасная ночь. Небольшое оживление ей точно не помешает.
Повинуясь команде, великий ишиб Йонер, стоящий ближе всех к стене дворца, сделал две вещи. Во-первых, убедился, что его защита находится на самом высоком уровне из доступных ему, а во-вторых, щупом активировал гранаты. И действительно, это сразу же вызвало некоторое оживление.
Раньше находящихся рядом с королем ишибов, раньше звуков тревоги, издаваемых армейскими горнами, раньше криков обывателей оживился дворец. А точнее — его левая половина. Здание вздрогнуло, казалось, даже немного расширилось, а потом сложилось, как карточный домик. Еще не успел последний камень занять новое положение, как Михаил вытянул руку вперед:
— Все туда! Поджигайте!
Ишибы личной охраны короля устремились к разрушенной половине дворца. Йонер, все еще находящийся ближе всех к месту взрыва, первым создал стену огня и двинул ее на обломки стен. Ночь окрасилась оранжево-красными бликами. Остатки дворца постепенно охватывало пламя.
Гирун Пелан, посол Фегрида в Раниге, обычно спал очень чутко. Но на этот раз он проснулся лишь тогда, когда слуга со светильником пришел его будить. Гирун открыл глаза как раз в тот момент, чтобы увидеть, как губы слуги разжимаются и он шепчет: