Теперь же ситуация изменилась. Он стал заговорщиком, возглавил мятеж — и это давало большие возможности для маневра. Зная Анелию как человеконенавистницу, Рестент ни в коей мере не допускал, что она может быть всерьез увлечена Нерманом. Скорее всего, здесь дело лишь в политическом расчете: принцессе хотелось стать королевой Ранига, чтобы облегчить жизнь своим соплеменникам. Эльф очень хотел поговорить с нею начистоту, сильно надеясь на то, что Анелия будет откровенна с ним. В конце концов, кто рядом с принцессой, спрашивал он себя. Человек Нерман? Слабак Меррет? Она ведь сильная личность и наверняка тяготится подобным обществом. Другое дело — он. Эльф из знатного рода, который рискнул поднять мятеж, показав свою силу и волю. Разве это не то, что нужно эльфийской принцессе? У него с ней одна кровь и одни и те же цели. Конечно, Рестент понимал, что сейчас Анелия не сможет открыто поддержать его, но потом, когда получит корону и возможность наследовать Нерману… о, потом открываются широкие перспективы. Если принцесса хочет сохранить свой народ, то у нее есть только один путь: союз с ним, Рестентом. Сначала тайный, а потом, после устранения всех помех, явный. И у эльфов появится реальный шанс опять вступить на путь благоденствия.
Размышляя подобным образом, Рестент достиг небольших прибрежных лесов и оказался совсем недалеко от Иктерна.
Глава 24 Нападение — Красивые женщины не дорожат теми, кто любит их, а умные — теми, кто не любит их. Из речи одного из великих ишибов прошлого, осуждающего жестокость императрицы Уларата в отношении ее врагов
Здоровье Анелии уже не вызывало никаких опасений. Король сдержал слово: через две недели после операции лицо было полностью восстановлено. Хотя сама принцесса еще долго не могла поверить в случившееся. Она пристально рассматривала себя в зеркало, пытаясь найти изъяны, связанные с ожогами. Изъянов не было: красота вновь стала безупречной.
Но принцесса была очень недовольна собой. Она понимала, что ее действия не позволили выполнить задание короля и наладить производство кораблей в Иктерне. В результате всем занимался вернувшийся из Парма Нерман, а Анелия тратила свое время лишь на работу сти лица.
До этого ей еще никто не давал серьезных поручений: большую часть своей жизни она делала что хотела. Поэтому ее огорчение было велико. Принцесса убеждала себя, что обязательно бы справилась со всеми сложностями, если бы не досадное происшествие. В тот день она даже собиралась просить короля вновь передать бразды правления Иктерном в ее руки, но загадочное письмо помешало этим планам.