Что-то символичное было в том, что судьба трех королевств решалась в покосившемся старом доме, на бревнах которого рос мох. Внутреннее содержание этого жилища полностью соответствовало наружному: внутри располагались плохо обработанные скамьи и стол, глиняная печь и земляной пол.

Нерман, он же Михаил, на правах хозяина занимал место во главе стола. Раст и Гношт сидели по обе стороны от него. Переговоры шли вовсю.

— Вот мои условия, — говорил Нерман. — Раниг получает обратно Пурет и Орален. Плюс еще четыре провинции, которые были отобраны у нас за последние пятьсот лет. Кроме этого, мне нужен город Иктерн с прилегающими территориями. Этот город обеспечивает выход Ранига к морю.

Гношт, мужчина небольшого роста с широким лицом, энергично покачал головой.

— Это совершенно невозможно! — ответил он. — Получается, что Кмант теряет три провинции, а Томол — две! А территория Ранига увеличивается вдвое!

— Чего же тут невозможного? — возразил Михаил. — Эти провинции у вас есть? Есть! Вот и отдайте их мне.

Гношт и Раст переглянулись. Странная логика короля Ранига уже не в первый раз смущала их. Как можно вот так просто взять и отдать то, что принадлежит тебе? Тем более что Нерман предъявлял слишком большие требования. Понятно, что он уже почти выиграл войну, но все равно — кто так делает? Пять провинций — это не шутка.

— Твое величество, — осторожно начал Раст, поглаживая свою кучерявую бороду и обращаясь к своему пленителю. — Столько земель берется в качестве контрибуции лишь тогда, когда территории врага лежат в руинах. А наши города целы, у нас еще есть армия, мы можем сражаться, если уж на то пошло.

— Если уж на то пошло, то твое величество сражаться уже не может — ты в плену, — заметил Нерман. — Это раз. Сражаться может король Томола — большей частью своими силами. Это два. Как долго уважаемый Гношт против меня продержится, если учесть, что четыреста эльфов-ишибов, готовых мне служить, уже около Парма, моей столицы? Это три. Но если вам очень хочется обратить ваши города в руины и лишиться остатков армии, то я могу в этом помочь. Это четыре. Вам выгодней отдать мне немного земли, чем сражаться дальше. Это пять.

— Но пять провинций — это не немного! — воскликнул Гношт, воздевая руки к потолку. — Наши предки собирали их по клочкам в ходе войн!

— Вот в ходе войны и потеряли, — рассудительно ответил Михаил. — Все справедливо. К тому же, заметьте, я пока что щажу вас и не ставлю никаких политических условий. Только территориальные.

— А какие политические условия могут быть? — с подозрением осведомился Раст.