— Шпионы, — уточнил король, — которые очень хорошо поработали и сделали все, что смогли.

— Да. Именно что шпионы. Твое величество каким-то образом отыскал лучших и использует их очень эффективно.

Михаилу была приятна похвала от казначея, но он ждал ответов на основные вопросы.

— Твое величество, я на самом деле прожил вблизи Камора несколько первых лет жизни и поэтому всегда считал его родным уголком. — Ксарр не стал заставлять короля ждать. — Но жил я в одном из поместий моего отца.

— В поместье отца?

— Да, твое величество. Мой отец был ишибом и тагга Фегридской империи. Главой «Императорского флага», одной из самых могущественных школ имис.

— Это шутка? — Сказать, что король был удивлен, — значит, ничего не сказать.

— Нет, твое величество.

— Тогда почему я узнаю обо всем этом только сейчас?

— Прости, твое величество, но ситуация требовала молчания. На карту поставлена моя жизнь.

— Твоя жизнь? Почему?

— Мой отец был казнен по приказу императора. Весь род был истреблен, а школа полностью уничтожена.

— Ничего не понимаю. По какому обвинению?

— В измене, твое величество.

— Измена была?

— Нет, было нечто другое.

— Что же?

— Позволь, твое величество, начать с самого начала.

— Начинай. — Михаил испытывал недоумение, но надеялся, что сейчас все прояснится.

— Дело в том, что мой род был особенным. Почему-то неишибы у нас практически не рождались. Все мальчики были ишибами.

— Ах, вот как? И ты — первый неишиб?

— Да, твое величество. Еще со времени моего младенчества стало понятно, чтоаба у меня нет. Это был большой удар по родовой гордости отца. Даже то, что, как выяснилось впоследствии, я могу видетьти , не смогло его сгладить.

— Ты можешь видетьти ?

— Да, твое величество.

— День сюрпризов, — вздохнул король. — Но продолжай, продолжай.

— Когда я родился, отцу было так стыдно, что я неишиб, что он спрятал меня от чужих глаз и объявил, что ребенок умер при родах.

— И отправил тебя в ранигское захолустье?

— Да, твое величество. Отец тайно приобрел поместье и приставил ко мне двух наставников. Оба были имис. Они должны были учить меня прежде всего грамоте и только потом воинским искусствам в той лишь степени, чтобы я мог за себя постоять в схватке с неишибами. Но быстро выяснилось, что я не только способный ученик, но еще могу видетьти . Конечно, мои удары уступали ударам имис, но я настолько точно их копировал, что они были сильны, очень сильны. Это и привело к смерти моего отца.

— К смерти отца привело то, что ты можешь видетьти , или то, что ты хорошо сражался? — уточнил король.

— Первое, твое величество. Отца посетила интересная мысль. Он решил, что если человек может видетьти , то есть шанс на то, чтобы научить его управлятьти без участияаба . И стал планомерно работать в этом направлении, чтобы его сын стал наконец полноправным имис.