ползучие зубастики и свежатиной. Вот так наступишь сослепу на какого-нибудь червяка ногой, глядишь — и нет ноги. — Во сколько у нас намечен пикник? — уже в пути задал вопрос наставнику. — Где-то после полудня. Как сам понимаешь, гости могут оказаться не слишком пунктуальными. — Лучше бы они вообще не явились. Вот честное слово, не обиделся бы. — Нет, матрос, без них не обойтись. Они же нам нужны в противовес людям Георга, морского ежа ему подмышку. Когда свернули вглубь леса, стрелка, указывающая путь к нужному пункту, установилась строго по курсу нашего движения. Запросил у системы расстояние. Оказалось, что к вечеру можем прибыть на место. Вспомнил о карте, попытался ее посмотреть: «Доступ к схемам местности открывается после достижения ранга ратник», — сообщила система. «Задолбали они своим табелем о рангах! Тут, того и гляди, жизни лишат…» — очень захотелось найти умника, придумавшего эти ограничения, и настучать ему по физиономии. — Привал! — скомандовал наставник. — Доставай виноград. — Ты же говорил, он несъедобен. — Так я и не заставляю его есть. Сейчас будем наносить виноградный сок на кожу и одежду. — А ты мне расскажешь, зачем это надо? — Чуть позже, — пообещал Кент. Как ни странно, сок плодов практически не оставил следа ни на коже, ни на одежде. И аромат от них не был слишком резким, хотя я так и не смог определить, на что он был похож. — Духами побрызгались, к приему гостей готовы, — резюмировал наставник, закончив процедуру. — Двигай за мной. Я уже начал испытывать некоторое раздражение из-за секретных игр Кента, и постарался переключиться на другие мысли. Вчера система пообещала перевести на десятую ступень… «Было бы здорово получить одновременно и стадию возрождения, и кучу упсов. Сразу бы отправился за Лилией, а потом купили с ней дом, зажили припеваючи… — размечтался я. Правда, очень скоро в сознании всплыли слова ведуна о близкой гибели. — Не стоило подслушивать чужие разговоры. Сейчас бы пребывал в неведении и строил планы на ближайшее будущее, а не искал способы сделать так, чтобы оно у нас вообще было. А может, и наоборот: словил пулю и зализывал раны без денег и без надежд на выполнение договора. Нет, все сделано верно, и сожалеть не о чем, повторяю для сомневающихся, — похоже, мысленно я сам себя пытался убедить в правильности содеянного: — сожалеть абсолютно не о чем!» Меня так захватили невеселые думы, что не сразу заметил останавливающий жест наставника. Застыв на месте, ощутил некий гул под ногами, словно где-то рядом работал