ли чего увижу, зато не буду считать себя виноватой, — рыжая и не думала смущаться. Пришлось откинуть одеяло. В конце концов, я ведь под ним не в костюме Адама. Дамочка пристально осмотрела мое тело, словно просветила рентгеном, затем вынесла вердикт: — А без одежды ты выглядишь еще мужественнее. — Уж какой есть, — снова укрылся. — А почему ты должна считать себя виноватой? — Если бы ты не пошел меня провожать, не наткнулся бы на негодяя. — Значит, именно благодаря тебе я стал на тысячу упсов богаче? — решил немного округлить полученную сумму. — При чем здесь я? Еще вчера Ларика дала понять, что на серьезные отношения не претендует. Она была не прочь пообщаться с приятным парнем вроде меня, если не потащу ее в постель. А поскольку подобных планов я не строил, то просто наслаждался отдыхом в приятной компании. Разговаривали мы много. Я больше спрашивал, она отвечала. В том числе и про здешний мир. Сама девушка попала в Рубежье три года назад. Пошла за грибами и не заметила, как оказалась возле огромного валуна. Потом ощущение чужого леса, паника, поиск связи и, как результат, касание экрана на вершине каменной глыбы. Ларика (на Земле ее звали Ларисой), получив нейросеть, сразу прочитала сообщение о дальнейших своих действиях. Потому и просидела наверху, пока из Казачьего за ней не пришли и не отвели в станицу. Дальше — работа по специальности медсестрой в больнице, да редкие вылазки в лес, чтобы подняться в развитии. Ларика была крайне недовольна. За три года — восьмая ступень, уровень ополченца и никаких перспектив роста. О личной жизни девушку расспрашивать не стал. Вдруг подумает, что я намереваюсь что-то менять? — При чем ты? — повторил ее вопрос и стал отвечать: — Если бы не пригласила на белый танец, мы бы не познакомились, не познакомились — не пошел бы тебя провожать, не пошел — не наткнулся на драчуна, не наткнулся — не одолел, и не получил бы вознаграждение. Не стал раскрывать Ларике секрет, что Борд мог напасть на меня и без ее «содействия», она ведь явно желала быть виноватой. — Погоди, — улыбнулась рыжая. — Так, выходит, ты мне еще и должен? — Именно! — радостно согласился я. — И готов вернуть долг в любой форме. — Так уж и в любой? — прищурив глаз, спросила она. — Ограничения, конечно, имеются, — вздохнул я. — Но их не так много. Вот чего я никогда старался не делать, так это встречаться сразу с несколькими девушками. Всегда считал это сродни предательству, а предать Лилю — вообще несусветное кощунство. Через несколько минут мы уже завтракали