– Всем вам, женщинам, надо от меня только одно, – обиженно выпалил Стоян, пятясь. – Я на тебе не женюсь… Ты меня околдовала! Неспроста я два дня назад почуял подспудное желание пойти на пристань! Ну точно наведенное…

Из горла Ункулы вырвался жуткий клокочущий звук. Стражники, выбежавшие на палубу, двинулись к ней с алебардами и пиками наизготовку. Но Ункула вскинула руки – и с пальцев сорвались жгуты пагубной магии. Темные, маслянистые, они хлестнули по стражникам, отбрасывая их назад. Корабль дрогнул и начал разворачиваться к берегу – видимо, рулевой сообразил, что надо спасаться.

Крум бережно опустил меня на палубу.

– Ну что ж, – вздохнул он, – показываю.

Его одежда затрещала и лопнула по швам. Тело вытянулось, покрылось шерстью – черной, с белесыми подпалинами. Руки стали лапами. Лицо – мордой. И на меня глянули знакомые янтарные глаза. Волкодак. Мускулистый, лохматый.

Иу… Мой муж – оборотень! Вот почему рык был звериным, а нюх – нечеловеческим. Вот откуда магия!

Теперь уже даже стойкие и любопытные гости с визгом понеслись прочь. Я услышала, как Горазд что-то кричит – кажется, «сын!» – но разбирать было некогда. Сбоку подлетел дракон. На его спине сидели пятеро в форме магической полиции. Первой на палубу спрыгнула та самая дева с газетной вырезки. Суровая, с жезлом в руке. Старший магистр магической полиции собственной персоной.

– Всем стоять, работают представители закона! – рявкнула она и вскинула жезл, посылая в Ункулу магический разряд.

Начался бой.

Полицейские маги атаковали с двух сторон – жезлы выплевывали снопы искр. Крум-волкодак наседал на щупальца, уворачиваясь от темных вспышек магии. Дракон пикировал сверху, пытаясь достать колдунью когтями. Ункула вертелась волчком, отбиваясь от всех разом.

И тут она выхватила из воздуха трезубец с пульсирующими на зубцах молниями. Магический артефакт моего отца! Ункула взмахнула им – и море взревело. Волны вздыбились, корабль накренился. Гости, еще остававшиеся на палубе, покатились к борту.

Крум героически напрыгнул на Ункулу. Бум, и выбил трезубец из ее рук. Дракон в развороте ударил по нему хвостом и зашвырнул в море. Плюх! И над водой, паря в воздухе, поднялся он. Седовласый русал с возвращенным трезубцем в руке. Расколдовался! Рядом с ним прямо по воздуху плыл Лещ. И вид у него был гордый, как у спасителя мира.

– Ты за все ответишь, злодейка, – прогремел отец.

Та повернулась ко мне и выкрикнула, выбрасывая вперед руку:

– Получай!

С ее пальцев сорвался сгусток темной магии. Превращающие в пену чары! Я замерла: тело не слушалось. А Крум кинулся наперерез заклинанию, всем волкодачьим телом принимая удар. Шерсть на его боку встала иглами, он упал наземь.