— Ты кого бьёшь, сука! — просипел лысый, стал подниматься с земли, но Жека ударом ноги в рожу успокоил его окончательно.

— Ты что делаешь, козёл! — заорала пьяная шмара в спортивном костюме и бросилась на Жеку с желанием вцепиться ему в лицо.

— Валю вас! — невозмутимо сказал Жека и заехал шмаре в нос. От удара баба сразу же присела на жопу, но попыток броситься на Жеку не оставила.

— Ты что, козёл, девочек бить⁈ — завопила она со всей силы, держась за разбитую сопатку, и заорала во всё горло:

— Горааа! Горааа! Нас бьююют!

— Какая ты девочка? — удивился Жека. — Ты тварь подзаборная!

Гопотная баба ему надоела своими воплями, и он тоже вырубил её ударом ноги в рожу.

— Полежи, отдохни! — посоветовал он бабе, когда она успокоилась.

Но было уже поздно. Возня и вопли у ларька привлекли внимание гопоты, сидевшей в остановочном павильоне, и человека три выбежали наружу. У двоих бутылки в руках, у одного нож.

— Вон он стоит, на «девятке» приехал! Лови его! — заорал тот, что с ножом. — Ща я его отполирую!

Однако отполировать не получилось. Жека связываться с ним не хотел — в его планы не входило ввязываться в драку с этими отморозками, поэтому он достал пистолет и, не целясь, несколько раз выстрелил в сторону бегущих к нему парней. Стрелял с расстояния метров тридцати и особо не целился — хотел лишь напугать, но в одного попал, прямо в живот, тот завизжал и свалился на колени. Для двоих других отморозков это стало чувствительным стимулом бросить свою затею напасть на Жеку.

— У него ствол! Атас, пацаны! — заорал самый ближний к Жеке, бросил бутылку в сторону и отпрыгнул в темноту, прямо за киоск. Другой тут же последовал за ним.

Жека спрятал пистолет в кобуру, сел в машину, выехал на главную дорогу и направился в указанном направлении. Через 200 метров находился сельсовет — одноэтажное бревенчатое здание с триколором над входом. Сразу же за ним темнел поворот направо, в самую глубь тёмной деревни. Уличное освещение здесь горело через два столба, и ехать надо было с осторожностью — на дороге, разбитой тракторами и тяжёлыми совхозными грузовиками, постоянно попадались глубокие ямы и колдобины. Совхоз временами засыпал их доменным шлаком и шахтным горельником, состоящим из крупных кусков, поэтому легко можно было повредить и резину, и подвеску.

Ещё через сотню метров повернул налево в совсем узкий проулок, по обе стороны которого находились дома. И здесь, недалеко от въезда, сразу же увидел тентованный «Камаз» с оранжевой кабиной. Он стоял в глубине двора частного дома, относительно нормального на вид. Рядом с «Камазом» была припаркована новая «девятка» чёрного цвета.