— Разброс большой, — заметил Жека. — И несправедливый, я бы сказал.

И тут рабочих как прорвало. Увидев сочувствующего человека, разом высказали про копившиеся обиды. И что зарплату задерживать стали, уже месяц не платят (хотя Жека помнил, что на комбинате регулярно не платили уже с декабря), что повышать не хотят. Что нет новых инструментов. Как только ТЭЦ стала частным предприятием, так сразу начались проблемы. Склады с запчастями опустели. Раньше, при СССР, забиты были до отказа, а сейчас коробка лампочек стоит и всё.

Сказали, конечно, рабочие много интересного. Что на предприятии уже два года не проводятся вообще никакие ремонты. Запасных частей нет, и покупать их в большинстве случаев не на что. Механиком подаются заявки и складываются главным инженером в папку — приобрести запчасти нет никакой возможности. Директор сказал — денег нет, но вы держитесь.

— Там много неплательщиков просто! — с важностью заявил всезнающий пожилой рабочий. — В городе многие не платят за отопление и горячую воду, от жителей до предприятий. Комбинат худо-бедно платит, но частями, мало платит… Поэтому, директор сказал, потерпеть надо.

— А кто директор-то сейчас? — с удивлением спросил Жека. — Это же, вроде бы, частное предприятие сейчас, акционированное.

— Директором Евгений Александрович Ершов, — сказал рабочий. — Он же и владелец. Большой человек! Крутой!

— И как же он крутым стал, да ещё и владельцем? — спросил Жека, опять раздавая сигареты.

— Да очень просто! — важно сказал рабочий. — Когда акции стали выдавать, в конторе объявление повесили, что дирекция у рабочих покупает акции по 500 рублей за штуку. Кто не продаст — лишат премии. И в следующий месяц тоже лишат. А потом вообще уволят. Ну, все и продали. Нахер нам эти акции. Чё с них? А так, хоть 500 рублей, и то деньги.

Здешние рабочие поступили абсолютно так же, как и у Жеки, когда он акционировал строительное управление комбината. Только Ирина, бухгалтер, решила купить акции, остальные продали свою собственность за бесценок. По ценам 1991 года это была палка колбасы, шматок сыра и 2 бутылки водяры. Во столько оценили рабочие свою долю в собственности родного предприятия.

— Это же противозаконно! Сущий беспредел! — возмутился Жека. — Надо было жаловаться в милицию, в горком партии, в горисполком, горсовет!

— Аааа! — с досадой махнул рукой рабочий. — Разве это поможет? Там наверху всё схвачено. Только выгнали бы, да ещё крутые охранники по шее настучали.

— В общем, сейчас ваш директор и владеет ТЭЦ как хозяин? — спросил Жека.

— Он! — согласно кивнул головой пожилой рабочий. — Сразу костюм себе за 100 тысяч купил, иномарку дорогую, дочери квартиру и обставил всю дорогущей мебелью. В общем, живут — не чета нам.