Мне было лет семь или восемь, когда отец повел меня в парк аттракционов в Сочи. Я, как положено, орал, визжал, но мне все нравилось. И вдруг срубило на самых примитивных «Чашках». Мы с ним сидели в одной из чайных чашек, они ездили по кругу и еще вращались вокруг своей оси, все быстрее и быстрее. В общем, все крутилось во все стороны, и мне вдруг стало дико страшно. Я орал до хрипа от ужаса и чуть не обоссался, а когда все кончилось и мы вышли, затопило таким облегчением, что чуть не упал: от слабости ноги стали ватными.

Вот и сейчас случилось нечто подобное. Только что рвало в клочья от тоски и злости, и вдруг от радости едва на растекся по стулу медузой. Руки и ноги задрожали от внезапной легкости и слабости. А Вербицкую захотелось обнять. Просто потому, что избавила меня от этой тяжести.

— Вербицкая, Мирский, рты закрыли! — прошелестела Фанечка, и мы тихо захихикали.

Домой пошли вместе — как оказалось, нам в одну сторону. И тут я снова почувствовал себя сволочью. Знал же, что она ко мне неравнодушна, но не мог удержаться и спрашивал про Машку. Вроде бы безобидно — зачем та к Марго пошла, куда поступать собирается.

— Ты только не говори никому, — Вербицкая оглянулась, как будто кто-то мог подслушать. — Машка в медицинский колледж намылилась.

— В колледж? — удивился я. — Почему в колледж?

— Потому что в институт не поступит. А после девятого ее мать не пустила. Не знаю, мне кажется, это глупость. Еще три года учиться на медсестру, а потом, может быть, в институт. Но она же упрямая. Если уж что-то решила…

— Но если это то, чего она хочет, почему нет?

Было в этом что-то глубоко неправильное — говорить о Машке с Вербицкой. Но из меня лилось через край. Все, что перебродило за эти две недели, разбухло, распухло и уже не вмещалось. Ну хоть с кем-то. А она безропотно слушала, отвечала на вопросы.

— Пока, Кристин, — сказал я, когда мы подошли к ее дому, и она вылупилась на меня так, что уперлась глазами в очки.

Ну как же, я назвал ее по имени! Впервые — потому что до этого вообще никак к ней не обращался.

И, кстати, зачем она эти безобразные очки носит? Подобрала бы линзы. Или хотя бы другую оправу. Сразу стала бы гораздо симпатичнее.

Дома я снова не мог найти себе места. Сел за уроки, но даже алгебра никак не шла, потому что думал совсем о другом.

О другой…

В тренажерке был санитарный день, Виктюх не отзывался, в «Гаше» так рано не собирались. По улицам поболтаться?

А что, если позвать Машку?

Нет, ну правда?

Так и скажу: «Маш, погода хорошая, не хочешь погулять?»

Вот только телефона ее у меня как не было, так и не появилось. Написал в личку ВК: «Привет». Долго ждал, но сообщение осталось непрочитанным. Я даже к дому ее подошел и побродил вокруг в надежде, что встречу.