Некоторые парни посадили девчонок на плечи.

— Хочешь так? — предложил я Машке.

— С ума сошел? — испугалась она, но тут же кивнула: — Черт, хочу!

— Забирайся, — я наклонился, изображая коня, и она проворно вскарабкалась мне на спину.

Придерживая ее за колени, я осторожно поднялся. Да, тяжеловато, но зато здорово как! Не зря в тренажерке качался. Прижавшись животом к моему затылку, Машка вцепилась в мои уши.

— Не оторви только, — попросил я.

Наклонившись, она умудрилась поцеловать меня. Аж дух захватило.

— Вот так они и садятся на шею, — поддел Виктюх, который пришел не со своими, а с нами. С Валькой, разумеется.

— Ты, дрыщ, свою не поднимешь, — снисходительно отбил я. — Поэтому завидуешь.

Впрочем, долго я Машку все равно не продержал. И не потому, что было тяжело. Совсем по другой причине. О чем я ей и сказал, когда она слезла. На ухо. Как тогда, на ее день рождения. А она рассмеялась и лизнула меня в щеку.

Концерт закончился, и мы пошли на набережную. По какой-то везухе нам достались места на Дворцовом мосту. Прямо как в театральном партере. С одной стороны Стрелка с оркестром и горящими на Ростральных колоннах факелами, с другой Зимний дворец. А прямо перед нами Нева и Петропавловка.

Это было что-то невероятное. Я бы не смог описать, даже если очень захотел. Музыка, фейерверк, разноцветные лучи света. А когда вдалеке показался корабль с алыми парусами, перехватило дыхание. Это было как сбывшаяся мечта — для Ассоль. И для меня. Я обнял Машку за плечи — потому что это она была моей мечтой. Все остальное — да, тоже важно, но не настолько.

Корабль подошел ближе, небо и вода взорвались огнями, и я заметил слезы у Машки на глазах. И у самого защипало в носу от восторга. И просто не мог не сказать:

— Я люблю тебя…

И, наверно, никакого другого ответа сейчас не могло быть. Только тихое:

— И я тебя люблю, Сева.

Если честно, меня всегда бесило, когда какая-то парочка лизалась принародно. Или, может, завидовал? Но оказалось, бывает и так, что все вокруг исчезает. Никого — только мы вдвоем. Только ее губы, теплые, мягкие. Мы — и это волшебное сияние, и этот волшебный корабль мечты…

Мы снова возвращались домой под утро.

— Хочешь посмотреть, что мне подарили? — спросил я, когда вышли из метро.

— Все-таки машину? — Машка вскинула брови.

— Нет, — я достал из кармана ключи от квартиры.

Пожалуйста, пожалуйста, пусть она согласится!

— Хочу, — тихо сказала Маша и сжала мою руку.

Я ни на что особо не рассчитывал, но все-таки надеялся. Поэтому вечером заехал туда еще раз и все приготовил. Даже свечи и цветы. Чтобы все было красиво. Правда, не подумал, что уже будет утро, но неважно.