— Все кони взбесились, взбрыкнули, а вороной едва ухом повел, — доложил Стейн, вернувшись. — Я не во всю силу надавил, иначе б те померли, но вороной конь на удивление крепок.

— Коняцкие лошади стоят дорого, — заметил Полюд. — Их покупают князья да дружинники с двумя потоками как раз из-за их стойкости. Они и тварей не боятся. А уж если на такой лошади коняк с даром, так чудится, будто у них одна душа на двоих. Лошадь сама знает, куда бежать, когда останавливаться, а когда и к земле припасть. Видел, как одного такого стрелами осыпали, а он верхом вертелся, как уж, окованным боком принимал.

— В бой сам-на-сам они не спешат, — подхватил Одинец. — Нахлынут гурьбой, точно волна, выпустят по две-три стрелы каждый, коня поворотят и назад, а там уже и вторая волна накатывает. И так, пока все колчаны не опустеют. Лишь потом достают мечи, чтобы добить оставшихся.

— Значит, у них стрелы и мечи. Щиты? Броня? Шлемы? На коне железо есть?

— Щиты редко, с ними ж неудобно стрелять. Коняки попроще в толстых халатах или шубах, на голове шапка с мехом, а те, что побогаче, могут быть и в шлемах, и в доспехе из пластин.

Я силился вспомнить что-то подходящее из тех книг, что мне читал Хальфсен, но там враги были получше: либо сидели за стенами, как мы сейчас, либо вставали в чистом поле, чтобы сразиться честно, лоб в лоб.

Стена щитов не закроет нас от стрел полностью, да и стоять намертво, чтобы опустошить колчаны коняков, как-то не хочется. Поймать их возле самого города тоже не выйдет, слишком уж широко тут все вырублено. Да, на холм, где стоит детинец, не всякий конь с нахрапу заскочит, но зачем им вообще ехать сюда, если рядом, на соседнем холме, раскинулись постройки, где и скотина, и бабы, и утварь всякая. Конечно, серебром там особо не разживешься, ну так другой добычи хватает.

А если отдать им посад на разграбление и напасть, когда они поведут полон и скотину обратно? Тут скачи не скачи, добычу-то не бросишь!

— Бросят, — сказал Полюд. — Отъедут подальше и наскочат заново, постреляют вместе с полоном. Да и не дело это — своих нелюдям отдавать.

Выкопать ров? Несколько рвов? Раскидать колючки против лошадей? Сделать ограду? Пусть хлипкую, на один раз, которую любой карл повалит, главное, чтобы кони не перескочили зараз. Полить траву маслом и поджечь, как коняки пройдут это место, чтоб не смогли развернуться?

Всю долину возле города мы, может, и не успеем раскопать, но хоть что-то. И надо перекрыть дорогу из Вениборга в Смоленец, устроить завал из бревен, чтобы даже хускарлы зараз не растащили.