— Открывай быстро, негодный мальчишка! Долго мне ждать?
— Демоны, это отец, — испуганно прошептал юноша. — Откуда он тут?
— Чей отец, твой отец? — я кубарём скатилась с кровати, хватая сорочку. — Когда ты обещал, что познакомишь нас, я как-то по-другому себе это представляла!
— Ага, я тоже.
— Открывай, я слышу, что ты там!
— Пять минут, отец! — крикнул Асур. — Я… я не одет!
— И чего я там не видел?
— Я не один!
— А вот об этом я и прибыл с тобой поговорить. Открывай уже, иначе все соседи узнают о твоей личной жизни!
Я выругалась шепотом. Все же от знакомства не отвертеться. Панталоны, юбка, блузка. Асур как мог мне помогал. Про чулки пришлось забыть, не успею. Сунула ноги в войлочные домашние туфли, пригладила, как могла, волосы. Подозреваю, что отцу Асура я все равно не понравлюсь, что в чулках, что без.
Мой мужчина даже не стал одеваться. Босой, в расстёгнутых штанах прошлепал к двери, впуская в нашу каморку высокого худого мужчину в длинном чёрном пальто с роскошным меховым воротником.
— Оболтус! — сходу обозвал мужчина Асура, громко ударив тростью об пол.
Я порадовалась, что соседи снизу, скорее всего, на работе.
— Чем обязан? — холодно и спокойно спросил Асур, медленно надевая рубашку.
Мне ужасно хотелось сбежать, но вообще-то это была моя квартира, поэтому пришлось остаться. Сначала я просто переминалась с ноги на ногу, разглядывая незванного гостя, а потом решила — да к черту. Что я им тут, девочка-сиротка что ли?
— Чай на троих делать, я так полагаю? Ваша светлость, у нас тепло. Пальто можно повесить на гвоздь за дверью. Вы с лимоном будете?
Мужчина с узким лицом, хищным носом с горбинкой и тёмными глубокими глазами посмотрел на меня с таким изумлением, будто вдруг заговорила дверная ручка. В довершение картины со стула с громким ммрыком спрыгнула Матильда и прошлась вокруг отца Асура, оставляя на полах чёрного пальто рыжие и белые длинные шерстинки.
— Я не светлость, — наконец, разомкнул узкие губы гость. — И даже не сиятельство. Полагаю, что благородие, но мне не слишком нравится, как это звучит, особенно из уст молодой девушки. Можете называть меня Рудольф Генрихович.
— Я поняла. Чаю, Рудольф Генрихович? Но у меня только с мятой и лимоном.
— Благодарю, не откажусь.
Взгляд «папеньки» красноречиво задержался на разобранной постели, потом он расстегнул пальто, достал из кармана часы и вздёрнул брови насмешливо. Ну да, почти полдень. Ну да, мы все еще в постели. И что? Я не обратила никакого внимания на эту пантомиму, а Асур залился румянцем.
— Как ты меня нашёл? — задал он вопрос. — И, главное, зачем?